Чистилище для невинных

У вас есть на это право… Дайте нам только номер телефона и имя.

Она, естественно, не ответила. Тогда Лефевр посмотрел ей прямо в лицо, ближе некуда.

— Может быть, — проговорил он, — вы хотите, чтобы мы предупредили Рафаэля Оржона?

Тут она нервно сцепила руки. Лефевр воспринял это как начало. Знак, пусть даже незначительный, некоторого затруднения. И он продолжил:

— Или, может быть, вашего отца? Он звонил уже дважды. Видимо, он очень волнуется… — Комиссар снова сел за стол и обменялся усталым взглядом со своими подчиненными. — Вы желаете вызвать адвоката? — не унимался он. — Если у вас нет своего, мы можем вам его предоставить… Что скажете?"

"Сандра едва не сказала «да». Но в любом случае она ничего не сможет рассказать даже адвокату.

Она приговорена к молчанию.

Навеки?

Нет.

Надо молчать все сорок восемь часов под арестом. Затем они, конечно, ее отпустят. За что ее удерживать? За то, что она приехала к полицейскому, заявив, что ее послал грабитель банков?

Сандра подняла голову и позволила себе улыбнуться Лефевру:

— Мне не нужен адвокат, потому что меня не в чем упрекнуть.

Лейтенант замер над клавиатурой своего ноутбука.

— Так эта дама все же умеет говорить! — воскликнул капитан.

Сандра повернула голову налево, чтобы размять затекшие мышцы шеи.

На стене висела большая доска из пробки, где были приколоты разные документы и множество фотографий.

Она заметила их, как только вошла, но не рассмотрела внимательно. Теперь, приглядевшись, она вдруг столкнулась нос к носу с Джессикой. Рядом с ней — Орели.

И Рафаэль — на расстоянии тридцати сантиметров.

Возможно, самые разыскиваемые лица в стране.

Удар попал в самую точку. Сандра содрогнулась с головы до пят. И это не ускользнуло от комиссара.

— Это фото Рафаэля так на вас подействовало?

Она снова опустила голову.

Смотри на свои туфли, шлюха!

— Он и правда фотогеничен! — усмехнулся комиссар. — Но если он послал вас ко мне, так это потому, что вы не его нынешняя подружка. Это, скорее, означает, что он не слишком вас любит!

Правая нога Сандры начала нервно трястись вопреки ее воле.

— Это значит, что он хочет очень сильно вам навредить, — настаивал Лефевр. — Но почему Рафаэль Оржон желает вам зла, мадемуазель?

Сандре хотелось заплакать. Ее губы задрожали, она попыталась держать себя в руках.

— Позволим вам немного подумать, — вдруг предложил комиссар. — Так у вас будет возможность представить, что это значит — оказаться за решеткой… Вот увидите, вам там понравится!

Капитан, высокий, немного нескладный тип, взял ее за руку, она попыталась уклониться резким движением. Он подошел, чтобы схватить ее снова, она смерила его взглядом.

— Не прикасайтесь ко мне! — приказала она ледяным тоном.