Звезда Чёрного Дракона

Вторая форма – материализация драконьей сущности, когда вы остаетесь человеком, но при этом можете вызвать своего дракона, который будет подвластен вам. Третья форма – единение. Вы сами становитесь драконом. Человеческий разум сливается с его силой. Третья форма самая тяжелая, и поддается далеко не сразу. Но ко дню вашей свадьбы вы одолеете и ее. Обещаю, как вас наставник.

Даррел позволил себе улыбнуться.

Почти час он расхаживал вокруг меня, заведя руки за спину и углубляясь в теорию драконологии, а я внимательно слушала и время от времени делала записи. Хоть мне и хотелось пристукнуть Даррела, преподаватель из него получился неплохой. Он складно и логично рассказывал мне о драконах и их формах, и его ровный голос почему-то успокаивал меня.

Вторая часть занятия была практической.

- Идем за мной, адептка Ардер, - велел Даррел, и мне пришлось подчиниться.

Мы поднялись на Хрустальную башню - одну из самых высоких башен замка, вход на которую для простых адептов был закрыт. По винтовой лестнице добрались до самого ее верха и оказались в небольшой комнатке с узкими высокими окнами. Было холодно, дул пронзительный зимний ветер. Особенный ветер, злой, знающий, что скоро придет конец холода, и зима потеряет власть. Однако из окон открывался прекрасный вид на заснеженные окрестности замка, на лес, горы и озеро. Но красотами любовалась лишь я. Даррел достал из сумки, которую захватил с собой два предмета. Клинок с серебряной рукояткой и золотую чашу.

- Даррел, для чего мы здесь? – спросила я удивленно.

- Опять неформальное обращение.

- Да хватит уже, перестань!

- Часы вашего наказания растут все больше, - невозмутимо ответил принц. Я мысленно прошипела ругательство, а вслух ядовито поинтересовалась:

- Магистр Лагранж, объясните своей неразумной студентке, зачем мы здесь? Вы хотите скинуть меня с башни? Если да, сделайте это быстрее, я замерзла.

- Не говорите глупости, адептка Ардер. Ах, да, я забыл, что говорить глупости – ваше кредо. Мы здесь для практической части. Увидим облик вашего дракона. Очень любопытно, каким он окажется.

Он закатал рукав и полоснул себя по предплечью – очень легонько, почти невесомо, но из тонкого пореза показалась кровь. Несколько капель попали в золотую чашу, и из нее поднялся серебристый дым.

- Дай, пожалуйста, руку, - неожиданно мягко попросил Даррел, и я поняла, что ему нужна моя кровь. Я без колебаний протянула ее, закатав рукав мантии, думая, что сейчас небольшой порез окажется и на моей коже, но Даррел ничего не делал. Сжимал клинок у самой моей руки, не решаясь порезать.

- Ты чего? – удивилась я, забыв, что к нему нужно обращаться, как к преподавателю.

- Не могу сделать тебе больно, - вдруг выдал он, тоже забыв об этом.