Четвертый брак черной вдовы

 — Да, начинка не такая яркая, как положено быть вишневому ликеру Но что же вы наделали, добрый дон?! Теперь вы тоже отравлены!

— Спасайте мою жену, а за меня не беспокойтесь, — отрезал Хоэль. — Если это яд, дайте ей скорее противоядие.

Но врач бессильно развел руками:

— У меня нет антидота, чтобы спасти вас

— Что значит — нет? — Хоэль схватил его за грудки и встряхнул. — Ты лекарь или как?!

Агапита взвизгнула, дон Тадео попытался помешать, но Хоэль играючи оттолкнул его, отчего он рухнул обратно на стул, едва не свалившись на пол. Только врач даже не изменился в лице, глядя высокомерно:

— Считаете, если убьете меня, донне станет легче? Сомневаюсь.

Опомнившись, Хоэль отпустил его, а врач продолжал:

— Вода Тефаны или «Манна святого Николая из Бар» — придумка наших итальянских соседей. Страшный яд, шесть капель — уже смертельная доза. А донна Катарина приняла, как я думаю, гораздо больше шести капель. Удивительно, что она еще жива

— Где достать противоядие?! — заорал Хоэль.

Катарина тут же начала пенять ему, что повышать голос неприлично.

— Да, прости, милая, — сказал Хоэль покаянно и посмотрел на врача свирепо и зло.

— Только у королевского лекаря, — ответил тот с достоинством. — Это очень редкое снадобье, его умеют изготавливать лишь в столице. Я тут бессилен.

— В столице? — Хоэль хмыкнул. — Значит, я его принесу. Сиди здесь и смотри за моей женой.

— Но до столицы три дня пути, а донна Катарина едва ли переживет сегодняшнюю ночь, — сказал врач тихо, и Лусия заплакала, спрятав лицо в ладони.

— Мы сейчас же отправляемся! — дон Тадео вскочил. — У меня в конюшне самые быстрые андалузцы! Возьмем шестерых!

Хоэль оглянулся на него с раздражением:

— Сядь и помолчи. Я принесу противоядие, а ты будешь сидеть рядом с моей женой и следить, чтобы никто — ты слышишь? — чтобы никто не передал ей ни святой воды, ни конфет, ни благовоний. Понял? И особенно — чтобы к ней не подошел никто из ее поганой семейки. Уверен, это их рук дело.

— Клянусь, я никому не позволю к ней подойти, — дон Тадео смотрел на Катарину больными глазами. — Возьмите всех моих коней, я распоряжусь — он подошел к столу, хватая перо, но Хоэль его остановил."

"— У меня лучший конь на этом свете, оставь своих кляч себе, — сказал он угрюмо. — А главное, не подпускай к Катарине близко вот эту дуру, — он указал на Лусию. — А вы, дон лекарь, напишите название противоядия и сделайте все возможное, чтобы моя жена дождалась меня.

— Хорошо, будем надеяться на лучшее, — пробормотал врач и взял перо и бумагу.

— Куда ты собрался? — всполошилась Катарина и села в постели, но Хоэль уложил ее на подушки. — Хочешь покинуть меня?!

— Нет, совсем нет, — успокоил ее муж. — Просто хочу привезти тебе подарок.