Четвертое правило семьи Райс

Рейн спешил к нам, но, кажется, понял, что не успевает остановить поединок. Тогда он вскинул ладонь, распахивая портал…

А дальше я уже не смотрела, потому что пришла пора все это заканчивать.

Я подняла руку, и с моих пальцев сорвался синий огонь. Яркое и сильное заклинание – ничего лишнего, чистейшая Высшая Магия, которая с появлением Искры и после контакта с Райни поддавалась мне намного легче.

Ослепительная молния врезалась в середину щита Бринны. Пробила дерево насквозь, затем словно по маслу прошла через магическую защиту и ударила по Бринне."

"Девушку отбросило назад. Она упала на спину, выронив топор, а ее щит покатился по земле.

– Вот и все, – сказала я негромко Ярре.

Толпа молчала, пока я подходила к Бринне.

Та лежала на спине и силилась вздохнуть, но я знала, что с ней все будет в порядке.

– Самое сложное было тебя не убить, – сказала ей. – Потому что мне не хотелось портить праздник своей подруге. Но если ты еще раз испытаешь мое терпение, Бринна, то пощады тебе уже не ждать! Мне все равно, что у тебя было с вашим ярлом, потому что и оно, и ты остались в далеком прошлом. В его настоящем есть только я. А я – большая собственница!

После чего развернулась и направилась к принцессе Аль-Убари, избегая встречаться глазами с Рейном. Заодно думала о том, что нужно сплести еще три венка – для Ярры, Сайры и Замины.

Рейн так и остался стоять на краю площадки. Не сводил с меня глаз, пока где-то позади поднимали на ноги Бринну, а кто-то с восхищением произнес:

– Повезло нашему ярлу, такие девки из-за него подрались! Вот бы и за меня так…

Но вместо этого он получил порцию ругательств от своей жены.

***

Церемония венчания закончилась, но свадебный пир только набирал силу. В воздухе витали запахи жареного мяса, трав и хмельного меда.

Всем приглашенным – наверное, потому что пришли даже те, кого не звали, – места с Длинном Доме не хватило, поэтому столы и лавки поставили еще и снаружи.

Выкатили из погребов ярла бочки с элем и вином, а на нескольких кострах жарили окорока. И, пусть только начало вечереть, толпа уже вовсю пела и плясала под веселые переборы гуслей и заливистые трели дудок.

В вечернем небе тем временем разгорался закат, заливая все вокруг топленым золотом.

Вот и я, устав веселиться и танцевать с Рейном, заявившим во всеуслышание что невеста у него только одна и это Аньез Райс, после чего подарил мне золотой с рубинами браслет, – вышла наружу, а Рейн остался с дружиной.

Вечер выдался по весеннему приятным. Ветер дул со стороны фьорда, и мне казалось, что в его порывах я чувствовала тепло Хастора.

Ярра, опустившаяся рядом со мной на лавку, тоже подставила ветру свое красивое и смуглое лицо. Наверное, пытаясь уловить в его порывах далекое дыхание Аль-Убари.