Четвертое правило семьи Райс

 – Что тебе от меня нужно? Неужели хасторские воришки настолько осмелели, что решили обкрадывать магов?!

Мужчина был среднего роста и обычного телосложения. Одет во все черное, а лицо скрывал капюшон. Я могла бы сорвать его с головы – рукой или магией, – но подумала, что мне совершенно все равно, как он выглядит.

Оставалось придумать, что с ним делать. Если это вор, то, наверное, стоило вызвать жандармов…

Тут он заговорил – причем на чистом остарском:

– Я – парламентер, – заявил мне.

– Что?! – изумилась я. – Какой еще парламентер?

Впрочем, мне уже все стало ясно. Я ошиблась, и этот человек вовсе не планировал красть не существующие у меня ценности. Дело совсем в другом.

Надир аль-Амман – конечно же! – не собирался отказываться от «подарка», который преподнес ему шейх Рохар. Но Пустынный Ястреб упустил меня на подступах к Аль-Убари, а затем его люди гнались за драккарами хъедвигцев, и мы тоже от них ускользнули.

Зато теперь они нашли меня здесь, в Хасторе. Выследили, после чего один из них явился аж в мою комнату на втором этаже особняка.

И все потому, что Тарис Авира не сдержала своего обещания. Не поставила охранные и сигнальные заклинания на дом. Иначе бы этот человек не проник в мою спальню, а окончил свою жизнь еще на подходе к особняку, встретившись с саблей Кассима. Или же с моим боевым заклинанием – я терпеть не могла ночных «вторженцев» с непонятными намерениями.

– Вернее, я – переговорщик, – уточнил мужчина. – И явился не для того, чтобы причинить тебе вред. Я пришел за тобой.

– За мной? – переспросила я. – Хорошая шутка. Пожалуй, не будь сейчас глубокая ночь, я бы ее оценила. Но зачем же мне куда-то с тобой идти? Я еще не сошла с ума.

– Потому что твои друзья у нас, – произнес он, и его слова повисли в воздухе, отравляя мой разум, словно яд.

– Что ты имеешь в виду?! – выдавила я из себя, хотя снова все прекрасно поняла.

Значит, Йенн с Инги и магистр Дирин вовсе не задержались во дворце, празднуя день рождения короля Сигверда.

– Отпусти меня, и ты все узнаешь. Клянусь: с моей стороны не будет никакой угрозы для твоей жизни. Мне этого не нужно, потому что ты пойдешь со мной добровольно.

Я все же сняла с остарца связующее заклинание. Он распрямился, затем потянулся к карману, после чего, сделав несколько шагов, выложил на письменный стол три предмета.

Не выдержав, я зажгла дополнительный магический светлячок, чтобы получше все рассмотреть.

Золотая брошь с платья Инги – подруга жаловалась на то, что Йенн оставил в ювелирных магазинах Меерса целое состояние.

Запонки с рубашки Йенна. Это были именно они, с гербом его семьи.

Щегольской шейный платок магистра Дирина, но с бурыми пятнами крови по шелковому краю.

Я стиснула зубы, чувствуя, как к моему горлу подступает тошнота.