Четвертое правило семьи Райс

Кто-то закричал предупреждающе, и в ту же секунду Рейн скомандовал:

– Убрать парус! Живо!

Викинги бросились исполнять приказ, но по дороге одного из них сбило с ног шквальной волной, перехлестнувшей через борт. Заодно лопнуло крепление реи, и деревянная перекладина пронеслась над нашими головами.

Я даже испугаться не успела – все происходило слишком быстро! К тому же в этом хаосе каждый боролся не только за всех остальных, но и за свое собственное выживание.

Правда, я до сих пор удерживала защитный купол над палубой, хотя смысла в нем почти не имелось. Заодно раз за разом обращалась к своей Искре.

Звала ее, уговаривая появиться. Быть может…

С другой стороны, что бы она могла сделать?!

– Смерч! На нас идет смерч! – донеслось с носа корабля. – Прямо по курсу, смотрите!

И я посмотрела."

"В том месте, где черное небо сливалось с таким же черным морем, – оттуда в нашу сторону двигалась бесформенная копошащаяся масса, при виде которой внутри у меня все обмерло.

Это был тот самый водяной смерч, и он полз к нам, похожий на огромный и неотвратимый смертельный вал!

Где-то сбоку снова закричали:

– Берег уже рядом! Впереди скалы!

И тут же раздался голос Рейна:

– Поворачиваем! Всем приготовиться!

Драккар дернулся, но уже в следующую секунду раздался страшный хруст, и корабль повело в сторону. Рейн снова что-то закричал, но его голос потерялся в завывании бури.

– Руль! – завопил Торгейл, и я его почему-то услышала вполне отчетливо. – Мы потеряли руль!

Тут неуправляемый драккар развернуло так, что мы оказались боком к волне, и нас тряхнуло настолько сильно, что я, не выдержав, завыла от ужаса.

– Резать снасти! Сбросить якорь! – скомандовал Рейн, но оказалось слишком поздно.

Драккар потерял управление, и мы, беззащитные, остались в руках стихии, которая несла нас в сторону смерча. И уже скоро он оказался совсем рядом, и удара было не избежать.

Тогда-то я истратила на нашу защиту все остатки своего резерва – вложилась так, что уже до конца. Полыхнуло знатно – мой Огонь против разбушевавшейся водной стихии, – но это спасло нас от первого вихревого удара, и мы словно по маслу вошли внутрь смерча.

…Внезапно все замерло. Звуки пропали. Волны тоже исчезли, причем вместе с завыванием ветра.

Установилась тишина – неестественная, неправильная.

Но именно в ней я с полной отчетливостью узрела то, о чем говорила русалка. Глаз Богов – спокойное, светлое око в центре урагана, которое, казалось, глядело на меня прямиком с небес.

Внутрь меня – туда, где спала Искра.

В эту самую секунду – в момент наивысшей моей концентрации – я внезапно осознала заключенную во мне бесконечную мощь дара из Аль-Убари. И еще то, как сильно я любила человека, который застыл неподалеку от меня.

Любила так, как никого другого на этом свете.