Четвертое правило дворянина

В лагере тем временем царил какой-то сплошной апокалипсис. Пламенный демон взмахивал мечом и каждый его удар сеял лишь смерть. Вот бы его ускорить! Представляю, что могло бы из этого получиться! При случае обязательно нужно будет попробовать, а пока я лучше попридержу некроманта.

Василиса тоже не скучала. Падшие воины тут-же поднимались и начинали резать своих недавних товарищей, внося в их ряды страх и смятение. Картину дополнял Тосик. Минин все время перекидывал его с места на место и наши враги просто не знали, где в следующее мгновение появится этот ужасный монстр.

В общем, происходило какое-то форменное смертельное безумство, на которое я был готов смотреть бесконечно. Даже не знаю, бывает ли зрелище интереснее?

Но все хорошее рано или поздно заканчивается. В нашем случае, все завершилось после того, как у Тосика закончились враги и он снес голову последнему некроманту, который все это время стоял и смотрел на меня, не имея возможности пошевелиться."

"Вскоре, кроме нас и плюшевого, в живых больше не осталось никого. Милая сердцу картина — повсюду трупы врагов, а мы при этом целы и невредимы. За такие заслуги я бы и сам себе выдал орден. Может быть даже не один.

Все затихло. Тосик тоже уменьшился в размерах, но продолжал бегать за одним из поднятых Василисой солдатом и пинал его, пытаясь забить до смерти. Разумеется, дело это было абсолютно бесперспективным. Надо будет при случае объяснить ему, кто такие зомби и чем они в корне отличаются от обычных людей.

Мы с ребятами спустились вниз и осматривали куб. Интересная штуковина. Хоть я и не имею к некромантии никакого отношения, но даже я ощущал силу, которая исходит от него. Мы походили вокруг, с любопытством его осматривая. Такое ощущение, что куб был полностью сделан из камня смерти. Конечно, вряд ли так было на самом деле, но выглядело это именно так.

Кстати, вблизи он уже не казался абсолютно гладким. Местами поверхность была не зеркальной, а немного шершавой. На одной из стен было что-то похожее на дверь. Вся она была покрыта буквами некромагического алфавита, причем одна из них была фигурной и часть ее напоминала торчавшую из куба иглу.

— Это что, дверь? — спросил я у Василисы, которая водила по буквам рукой.

— Вряд ли, — ответил всезнающий Минин. — На дверях есть дверные ручки, ну или какие-то кольца... Что-нибудь, за что можно ее открыть.

— Двери бывают разными, — сказала Катя, затем подошла к Соловьевой и повторила мой вопрос. — Это дверь?

— Возможно, — задумчиво ответила та. — Я не совсем уверена в тексте, но... Володя, принеси мне руку.

— Чью?

— Какого-нибудь некроманта, — сказала Соловьева. — Любого из них.

Руку так руку. Я подошел к ближайшему некроманту и отрубил ему кисть Рассветом.