Четверо за спиной

Ох, как же плечам легко! Осталась только батистовая полупрозрачная сорочка с широкими рукавами длинной до середины бедра. С жадным рыком мужские руки тянутся к мои бедрам.

- Не-а, - выскальзываю и рук, поворачиваюсь, отходя еще на пару шагов и скидываю рубашку. На мне кружевной белоснежный корсет, который вызывающе приподнял грудь и подчеркнул талию. Ниже - крошечные трусики, на тонких лентах по бокам и невиданное – чулки. На пару секунд мужчина немеет, пожирая меня глазами. Да-а-а! Не зря я старалась и выискивала самое сексапильное белье. Шах и мат тебе, родной!

- Женщина-а! - стонет раненным зверем Беригор, осматривая невиданное здесь кружевное чудо. - Это на тебе все время было? Я же сейчас сдохну!

- Не подходи, - ухмыляюсь я, поворачиваюсь полубоком и изгибаюсь, чтобы расстегнуть замок белых сапожек.

Раненный зверь ревет, кружевные белые стринги – это контрольный в голову. Кокетливо откидываю сапожки и возвращаюсь в горизонтальное положение. Как мне нравится жадный, почти безумный блеск в глазах. Шалею и пропитываюсь его желанием.

- Ну, как тебе подарок? – ухмыляюсь, лаская взглядом быстро вздымающуюся мускулистую грудь, судорожно сжатые кулаки и весьма «приподнятое» настроение в штанах.

Вместо ответа меня с космической скоростью подхватывают и бросают на кровать.

- Ты, жена моя, сегодня за все сполна получишь! – он стоит надо мной, пожирая глазами. И тоже получая удовольствие от предвкушения того, что будет. Ему нравится смотреть. Поэтому я изгибаюсь ему навстречу, дразня и показывая, насколько я его хочу.

- М-м-м, сколько слов, - смотрю на тяжело вздымающуюся широкую грудную клетку, раздувающиеся ноздри. Кажется, довела почти до ручки. И мне это нравится. Нравится чувствовать себя самой желанной, самой соблазнительной для такого роскошного мужчины. Может еще чуточку добавить? Лукаво улыбаюсь и пальцами пробегаюсь по своей груди, чуть сжимая гордо топорщащийся сосок. Расширившийся зрачок почти затопил голубую радужку.

- Точно, ведьма, - хрипит распаленный донельзя мужчина, придавливая меня своим телом. Но даже сейчас, одуревший от похоти, он контролирует свой вес, чтобы не навредить. Грубость и нежность – как в нем это уживается?

- Если ты сейчас не начнешь, я тебя сама изнасилую, - рычу я, нетерпеливо ерзая под мускулистым телом. Куда делись его штаны я не знаю, но прикосновение твердой плоти к кружевному белью заводит так, что я начинаю царапать широкие плечи и тянусь за поцелуем. Сегодня он нужен мне весь. Сегодня и всегда.

В отличие от меня, мой мучитель не торопится. Несмотря на жадные руки, мечущиеся по телу, губы неторопливо ласкают мой рот. Язык ласково исследует глубины моего рта, оглаживает зубы, небо.