Четверо за спиной

При этом он беловолосый, я – темная, не сговариваясь мы были противоположностями, играющими на контрасте. Вышло, откровенно говоря, эффектно. Я смотрела по сторонам – в этот раз мне многие улыбались, дружинники так вообще кивали и скалились во все тридцать два (или у кого сколько осталось). За спасение своих товарищей меня окончательно и бесповоротно признали своей. А это дорогого стоило.

Нас с Драгомиром приветствовали шумно и радостно, но не мы должны были стать главными звездами мероприятия. Я уговорила княгиню явиться с дочерьми и князем последними, дабы гости оценили их роскошную одежду и украшения. Мы с Драгомиром сели с краю, почти как в прошлый раз, но теперь справа от князя должна была сидеть матушка, а слева – сестры.

Едва мы уселись, в зал под приветственные крики и шум вошел Велеслав под руку с Дивляной. Княгиня была в расшитом золотом платье, усыпанном рубинами и жемчугом, и в поистине королевском венце. Сомнений в том, кто тут главная модница даже не возникало, она роскошью затмила всех. Даже своего красавца-сына, который был в синей рубахе и золотом кафтане, расшитом красными как огненные всполохи, узорами. Немного позади них лебедушками плыли дочери – Чаяна и Цветанка, в кокошниках, усыпанных камнями, косы перевиты дорогими расшитыми жемчугом лентами. Старшая в зеленом, средняя - в синем ансамбле. Роскошно и дорого, но все же скромнее матери, которая просто ослепляла.

Удивилась я, почему старшая позади средней идет, а еще более удивительным было то, что Чаяна шла рядом с воеводой, встав с ним вроде как в пару. Высокомерно смотрела в зал, одновременно посылая смущенные улыбки Беригору. И чья же это идея, интересно? Или экспромт? Ох, оттаскаю я за косу эту малолетку в темном углу. И скажу, что так и было. «Мое» трогать нельзя.

Но глядя на статную могучую фигуру воеводы, мое глупое сердце все равно забилось быстрее. В белой рубахе и лазоревом кафтане, который так подходил его ярким глазам, опушенным темными короткими ресницами. Лицо еще осунувшееся, густые брови нахмурены, а взгляд все такой же бритвенный, полоснул по мне и отвернулся.

Стал в пару с этой бледной немочью, а сам еще и злишься, значит? Ну-ну, подожди. Можешь зыркать, как угодно, но вижу, что прическу носит – как я ему волосы закрепила на макушке. А виски и затылок коротко выстрижены, словно по моему совету. И, черт возьми, резинка моя до сих пор у него в волосах. Отчего же не вернул, раз так зол? – ухмыляюсь ему в лицо, когда он на меня глаза поднял. По тому, как заходили желваки на высоких скулах – поняла, что совсем не так спокоен воевода. То ли еще будет!

Пир поначалу был настороженным, гости переглядывались, почти не прикасаясь к еде.