Дело чести

 — Хм! Лошадь в кузов… Интересно, интересно…

Подойдя к окну, хозяин дома громко постучал по стеклу, через несколько секунд бухнула входная дверь, в кухню заглянул давешний бородатый мужлан, что встречал нас у ворот.

— Давай выгони Иванов — поработать надо, — распорядился Рустем. — Пусть быстренько выгрузят мясо из «66» и это… ммм … Казбека поставьте в кузов «Урала».

— Казбека… в «Урал»? — удивился мужлан. — Я правильно расслышал?

— У тебя хорошие уши, Юсуп, — веско произнес Рустем. — Ты всегда все слышишь правильно. Казбека — в «Урал». «66» заправить, «Урал» заправить, приготовить пару фонарей. И позови Исрапи с Мамадом — через полчаса мы выезжаем. Повтори.

— Скажи ему, чтобы никому не говорил, что Иван приехал со мной, — вставила Лейла. — Или нет — лучше скажи, чтобы он вообще забыл, что видел его.

— Зачем? — Рустем недоуменно вскинул правую бровь. — Какая разница — видел он вашего раба или нет?

— Разница есть, — упрямо заявила моя хозяйка. — Скажи!

— Ну ладно, — согласился Рустем и подмигнул мужлану:

— И, ко всему прочему, ты никогда не видел этого вшивого козла, — он кивнул в мою сторону. — А ну — повтори.

— Ивана я не видел. Поднять работников — мясо разгрузить; коня — в кузов «Урала»; приготовить два фонаря; заправить в обе машины топливо; позвать Исрапи с Мамадом — через полчаса мы выезжаем… Куда мы выезжаем?

— Гулять, — коротко отрезал Рустем. — Ты все правильно запомнил, иди.

Мужлан по-военному щелкнул мягкими каблуками дутых полусапожек и убрался восвояси. Я внутренне поздравил господина Гушмазукаева с жесткой дисциплиной, царившей в его окружении. Если у него и все остальные воины вот так вот с пол-оборота выполняют любые распоряжения — даже такие абсурдные на первый взгляд, как ночная погрузка коня в кузов машины, — можно только позавидовать. Если бы, допустим, вашему покорному слуге вдруг втемяшилось в башку где-нибудь на границе с ЗОНОЙ дать своим бойцам команду грузить на транспорт какого-нибудь отловленного в зеленке «миноискателя», бойцы обязательно потребовали бы крепко аргументировать сие деяние. А тут — нате вам: хозяин сказал, значит, будет сделано — и никаких дурных вопросов.

— В общем, попробуем пробраться, — сказал Рустем, после того как Юсуп вышел, и несколько смущенно спросил:

— А что там Султан сказал… ну, насчет этого дела… А?

— Отец сказал — пусть будет так, будто его и Беслана убил Иван, — Лейла показала взглядом на меня. — Убил и сбежал. Он уже убегал один раз, значит, мог и второй раз…

Рустем с интересом уставился на меня — я страшно напрягся, боясь каким-нибудь неверным жестом показать, что понял, о чем речь.