Дело чести

 — А то туда небезопасно соваться — смотри…

Действительно, среди нескольких десятков машин, скопившихся возле усадьбы Салаутдина, было довольно много праздношатающихся сельчан, бестолково суетившихся и, как всегда в таких случаях, выдававших на-гора совершенно бесполезные советы относительно разрешения непредвиденного кризиса — и каждый второй имел оружие. На секунду во мне вспыхнула острая неприязнь к Лосю: я почему-то не сомневался, что, будь его воля, он непременно поступил бы именно таким образом — пристрелил бы Джо и Братского и шустро убрался восвояси.

— Мент — ближняя к нам тачка, — распорядился я, потыкав пальцем в сторону стоявшей несколько на отшибе от общей массы «Нивы». — Морду тяпкой — и гони ее вниз по улице. Мы запрыгнем на ходу. Лось, прикрывай…

Мент неспешной походкой приблизился к «Ниве», забрался в салон и, повозившись в согбенном положении с минуту, завел двигатель. Машина развернулась и тихо поехала вниз по улице — никто даже и не подумал поинтересоваться, куда это парень покатил в такую лихую минуту и вообще что за парень такой странный… Мы метнулись к машине и принялись спешно грузиться: сначала упаковали на заднее сиденье совсем сникшего Джо, затем туда же пролез Лось — в его задачу входило прикрытие с тыла, — после этого я начал было пропихивать в салон Братского, вручив ему автомат Джо. Менту пришлось притормозить, потому что фээсбэшник никак не мог на ходу перебросить поврежденную ногу через откинутое переднее сиденье — мешали неудобно растопырившиеся на проходе ступни Лося… В этот момент сзади меня кто-то крикнул по-русски:

— Стоят, бляд! Лажжис, бляд! — Совсем близко раздалась короткая очередь.

Я еще не успел испугаться, как Братский, оттолкнув меня в сторону, навскидку полоснул из автомата куда-то мне за спину, выпустив длинную очередь в полмагазина. По ушам ударил нечеловеческий вопль, полный боли и отчаяния. Обернувшись, я увидел, что трое оружных гвардейцев, подкравшихся откуда-то из переулка, мешками валятся наземь — одному из них очередь неудачно угодила в живот, теперь бедолага извивался, как червяк, дико крича и корчась от страшной боли. От толпы между машинами отделились несколько человек и скоренько припустили к нам — посмотреть, что там такое получилось.

— С меня причитается, — благодарно буркнул я, одним пинком забрасывая вскрикнувшего фээсбэшника в салон, и, запрыгнув на переднее сиденье, гаркнул во все горло:

— Давай!

Мент дал — «Нива», с пробуксовкой стартанув с места, рванула по улице вниз."

"Через пять минут мы добрались до поворота на узкую грунтовку — село осталось далеко позади. Выстрелы, приглушенные расстоянием, постепенно стихали — видимо, гвардейцы начали овладевать контролем над ситуацией.