Дело чести

Принцип «око за око» чеченцы воспринимают буквально. Это значит, что если мы бросим в выгребную яму трупы гвардейцев Салаутдина, то в случае поимки нас посадят в оную же яму живыми и будут с интересом наблюдать, как мы там медленно тонем в хорошо выдержанном дерьме. Брр… перспектива, согласитесь, не самая радужная. А в том, что трупы будут, я ни капельки не сомневался — нам нужны два автомата. Если тела просто оставить за сортиром, какой-нибудь незадачливый выпивоха, ненароком промазав в дверь, может набрести на них раньше времени. А это, сами понимаете, чревато весьма нежелательными последствиями.

— Значит, придется работать на совесть — чтобы не поймали, — мудро заключил я. — А жмуриков тут оставлять нельзя — сам понимаешь…

Ждать пришлось недолго. Вскоре какой-то тип летящей походкой вырулил из-за угла и, вломившись в сортир, с ходу принялся пугать нас утробными рыками, отдавая выгребной яме только что выпитое и съеденное.

— Не наш, — пробормотал Джо, наблюдавший за подходами к сортиру при помощи осколка зеркала. — В гражданке, без оружия… О! А вот это — наши, — и подался было назад.

На секунду придержав его руку с осколком, я успел рассмотреть в зеркало трех парней в камуфляже, вооруженных автоматами.

— Перебор, однако! — огорченно прошептал Джо. — Придется шуметь?

— Никаких шумов! Начинаем через десять секунд после того, как один из них войдет в сортир. Щели в двери есть?

— Обижаешь, начальник! Какие щели — чеченский же сортир… А вдруг не войдет никто?

— А на хера тогда они сюда приперлись? Приготовься — твой справа…

Гвардейцы закурили, деликатно дожидаясь, когда страшно взрыкивающий субъект прекратит очистительные процедуры. Дождались. Субъект скрипнул дверью и, пробормотав что-то нечленораздельное, пошел прочь. Дверь скрипнула вторично — раздались невнятные ругательства, из которых я заключил, что нехороший дядька основательно загадил пол и теперь придется кому-то тут убирать. Десять секунд минуло — имели место характерные кряхтенья и вполне объяснимые звуки иного свойства.

— Вперед! — выдохнул я, выскакивая из-за сортира и двумя мягкими прыжками приближаясь к своей жертве.

Гвардеец попался на редкость опытный и с хорошо наработанными автоматизмами — едва заметив меня, он одним движением перебросил оружие из-за спины на грудь и, слегка присев, нажал на спусковой крючок. Выстрела не последовало. Ай, маладэць, бляд! Спасибо Салаутдину — меры безопасности в его хозяйстве блюдутся с надлежащим тщанием. Было бы иначе — лежать мне с распотрошенным пузом у сортира.