Честь горца

– Вы целуетесь со мной.

– Ах это... Такой вот я... Я не собирался делать секрет из того, что считаю вас красавицей. Просто захотелось получить мимолетный поцелуй, которого я жаждал целую неделю.

– И ничего больше?

– Ваши подозрения лишены основания, красавица Жизель. Да, не стану врать и уверять, что буду относиться к вам как к монашке. Но можете не сомневаться, что я не возьму ничего, что вы не захотите дать. Ну, может, за исключением этого вот поцелуя.

– Не уверена, что вы его украли.

Найджел слегка прижал ее к себе, глубоко взволнованный этими тихими словами, но осмотрительно решил не показывать вида. Он тронул губами ее губы, смакуя их сладкий трепет. Несомненно, даже в мыслях соблазнить женщину, которая попросила у него защиты, было делом бесчестным. Особенно такую женщину, как Жизель, с которой жестоко обошлись. Найджел знал, что он просто поцелует ее. Но поцелуй длился и длился. И тогда он поклялся себе, что никогда не причинит ей боли. Наоборот, обязательно постарается доказать ей, что не все мужчины такие животные, как ее муж.

Жизель робко прислонилась к Найджелу и слегка приоткрыла губы ему навстречу, когда он начал раздвигать их языком. Внутри ее развернулось настоящее сражение. Страсть боролась со страхом. Каждое движение языка, присутствие рядом сильного тела вызывали в ней желание. Это было потрясающее ощущение. Нет, это было просто немыслимое ощущение! Жизели отчаянно захотелось погрузиться с головой в это чувство, самой ощутить то, о чем пели трубадуры. Но одновременно и страх становился сильнее.

Неожиданно ее словно залила ослепительная вспышка, напрочь убивая страсть. Она заледенела. Тело застыло в паническом ужасе. Прежде чем она отпрянула, Найджел отстранился сам. Жизель зажмурилась, когда он, осторожно взяв за плечи, отодвинул ее от себя. С трудом отдышавшись, она наконец пришла в себя и приоткрыла глаза, чтобы взглянуть на него. К своему удивлению, она увидела, что он все так же тепло смотрит на нее. К теплоте во взгляде примешивалась печаль, и не было никаких следов ярости, которых она ожидала.

– Не бойся меня, Жизель, – тихо попросил он.

– Не верится, что смогу. – Она слегка улыбнулась, когда он отпустил ее и протянул бурдюк с вином. – Но я совершенно точно знаю, что это не вы вызвали страх.

– Догадываюсь. Вы рассказали мне правды ровно столько, сколько возможно, но, думаю, не всю. Хотелось еще и еще целоваться с вами. По поцелую я понял, какой ужас поселился в вас – стойкий и сильный, способный убить страсть, которую на короткий миг мне удалось почувствовать. За одно это Дево заслуживал смерти.

Она притихла, внимательно всматриваясь в него, раскинувшегося на их попонах.

– Вы думаете, что я убила его.

– И да, и нет.

– Невозможно верить одновременно, что я виновна и не виновата.