Честь джентльмена

— Даты платежей, указанные в записной книжке, не только согласуются с датами выплаты долгов: они каждый раз следуют — с разницей примерно в семь дней — за указанными там же датами прохождения определенных кораблей. — Тони уставился в потолок, а затем снова обратил взгляд на Алисию. При этом каких-либо других необъяснимых платежей в книжке не отмечено, поэтому у нас есть твердое основание полагать, что Раскин не продавал никакой информации, кроме сведений о движении судов.

Остановившись у камина, виконт задумался.

— Остается только один вопрос: кому он мог рассказать о вас и зачем?

Алисия наморщила лоб, взгляд ее стал каким-то отрешенным.

— Я просто подумала… Дело в том, что, покидая меня, Раскин нисколько не сомневался в успехе. Он был настолько уверен в этом, что собирался наследующий день зайти ко мне и… получить мое согласие. Через секунду она уже полностью справилась с собой.

— Я не слишком хорошо его знала, но, похоже, он очень обрадовался тому, что заполучил в жены богатую вдову…

Тони недоверчиво хмыкнул — он весьма сомневался в том, что причиной хорошего настроения Раскина было богатство вдовы. И тем не менее…

— Что ж, вполне возможно. — Он снова зашагал по комнате. — Если в разговоре со своим собеседником этот тип каким-то образом упомянул о своем удачном ходе, то тогда… Он внезапно замер. — Что?

— Судите сами. Если Раскина убил человек, которому он продавал секретные сведения, то это означает, что уже сам факт возможного появления у его агента жены представлял серьезную угрозу для этого человека, то есть для А.К.

— Верно. А вдруг бы Раскин рассказал все жене…

— Или она сама как-нибудь об этом узнала. Любое случайное упоминание Раскина о знакомстве с А.К. — даже не сейчас, а через много лет, в будущем — могло для того стать роковым.

Алисия попыталась мысленно сложить все это в целостную картину. С одной стороны, она с трудом понимала, откуда взялось все, что произошло с тех пор, как они вошли в эту комнату. Казалось, один пламенный поцелуй Энтони сломал, испепелил и поглотил все барьеры между ними. Тони обращался с ней так, словно она была его сообщницей, помощницей в расследовании и даже больше — его другом и… почти любовницей.

Никогда еще ей не приходилось с такой легкостью доверяться незнакомому человеку. Именно поэтому Алисия так рассердилась на него тогда, в парке: она совершенно бескорыстно доверилась ему, а затем вдруг его интерес к ней и к ее семье стал казаться ей фальшивым.

И вот теперь она оказывалась все больше и больше втянутой в сеть интриг, сплетенных вокруг убийства Раскина.

— Вы думаете, что именно это и произошло? — Алисия, даже не поднимая глаз, чувствовала, как пристально смотрит на нее виконт. — То есть этот человек — А.К.