Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира

Испуганно замершая женщина неверящим взглядом наблюдала, как два трупа медленно уносит течение. Потом, обернувшись к парню, она поудобнее перехватила нож и, судорожно сглотнув, прохрипела:

– Не подходи.

– И не собирался, – пожал Елисей плечами, осматривая кинжалы. – Только и стоять тут теперь резону нет. Не знаешь, с ними был еще кто?

– Нет, их двоих за мной посылали, – мотнула она головой и, вздрогнув, снова выставила перед собой нож.

– Ну, вот и славно, – усмехнулся парень, убирая оружие. – Пойти тебе есть куда?

– Нет. Да. Найду, – тряхнув головой, ответила женщина.

– Добре. Прощевай тогда, – пожал Елисей плечами и, развернувшись, начал подниматься на набережную.

У спуска была привязана лошадь, запряженная в коляску. На всякий случай заглянув внутрь, Елисей убедился, что она пуста, и, обойдя транспорт, зашагал по набережной в сторону заставы.

– Сударь, погодите, – послышался осторожный оклик.

– Чего тебе? – обернулся Елисей, уже зная, о чем она попросит.

Понятно, что молодой женщине с незаконнорожденным ребенком податься особо некуда. Родственники, если они есть, могут и не принять. Тем более что там ее искать станут в первую очередь. Так что ей или придется довериться неизвестному, который спас ее и ребенка, или бежать куда глаза глядят. Даже если она успела прихватить что-то ценное у хозяина или сумела скопить за время службы некоторую сумму, в сложившейся ситуации ей это мало поможет.

– Сударь, а почему вы коляску не забрали? – осторожно подойдя, тихо спросила женщина.

– А на кой она мне? Я за заставу иду. Не хочу, чтобы меня на чужой коляске видели.

– А можно мне с вами. За заставу. Из города податься хочу, – еле слышно призналась молодая мать.

– А есть куда? – иронично хмыкнул парень. – Я ведь не спрашиваю, куда именно. Просто у родичей тебя в первую голову искать станут. Я там случаем про графа слыхал. Так имей в виду, знатному человеку достанет власти везде найти. Особливо ежели по знакомым да родичам пойдешь.

– Так что ж делать-то? – испуганно всхлипнула женщина. – Неужто и вправду дитя невинное на растерзание ему отдать? Он ведь, ирод, сразу сказал, что удавит ребеночка, как рожу. Я неделю пряталась, да эти отыскали.

– Могу я тебя спрятать, – вздохнул Елисей, мысленно ругая себя на все лады. – Да только сразу скажу. Сам я не местный и скоро отсюда на Кавказ уеду. Так что, ежели не испугаешься, могу тебя с собой взять. Там-то тебя никакой граф не достанет. Думай. Решишь ехать, делай, что скажу, и шума не поднимай. Тогда и из города выведу, и увезу отсюда. А нет, так неволить не стану. Сама себе хозяйка.

– А далеко этот Капказ ваш? – настороженно уточнила женщина.

– Далеко, – усмехнулся парень, услышав, как она произнесла название региона.