Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира

Девушка снова повернулась к жениху, и тот, заметив ее вопросительный взгляд, только решительно кивнул, подтверждая слова парня. Потом, помолчав, княжич чуть отстранился от невесты и, развернувшись к ней всем телом, твердо добавил:

– Елисей прав, душа моя. На Кавказе иначе не прожить. Да и не стану я от родича отказываться, если он не кровный. Я Елисею жизнью обязан. Дважды.

– Ох, господи! – ахнула девушка. – Как это? Ты не сказывал.

– Разговора за то не было, а сейчас не время, – вклинился Елисей. – Вот свадьбу сыграем, а там и будете разговоры вечерами вести. Благо времени на то в достатке будет.

– И то верно, душа моя, – согласился с ним Ильико. – К слову придется, все тебе расскажу, – пообещал он, оглядывая зал.

– Я твое обещание запомнила, – многозначительно произнесла Татьяна, глядя на него очень серьезно.

Как оказалось, насторожился княжич не просто так. В зал вошла чета Тархановых в сопровождении всех взрослых детей. Две дочери примерно семнадцати и девятнадцати лет. И именно младшая чем-то привлекла внимание Елисея. То ли озорным, смелым взглядом, а то ли странной, какой-то экзотической красотой. Высокие скулы, большие, миндалевидные глаза, тонкий, чуть вздернутый носик и мягкие губы, уголки которых чуть поднимались вверх. Казалось, что девушка прячет улыбку.

– В кого это та девушка так на восточную красавицу похожа? Отец с матерью вроде обычные, хоть и чернявые, – еле слышно спросил Елисей у княжича, но Татьяна все равно услышала и успела ответить первой.

– В бабку она пошла. Тархановы род древний, но изначально от татар пошел. Вот в каждом поколении кто-то один таким у них и выходит. А еще говорят, что она настоящая дикарка. На конях верхом словно мужчина ездит, охоту любит, стреляет, словно офицер гусарский.

– Настоящая казачка, – тихо рассмеялся Елисей.

Князь Тарханов произнес короткую речь, потом пригласил всех гостей веселиться и чувствовать себя, как дома. После чего, подхватив супругу под руку, князь принялся обходить гостей, приветствуя глав семей и отпуская комплименты их спутницам. Родичи подхватили девушку и отошли обратно к стене. Теперь, по правилам, нужно было дождаться, когда хозяева завершат этот круг почета и только тогда начинать веселиться. Хотя особого веселья Елисей на этих приемах не наблюдал.

Они принялись перебрасываться пустыми фразами, попутно кивая случайным знакомым. Елисей, чтобы заполнить паузу, рассказал анекдот, подходящий к обстановке, вызвав очередной взрыв смеха и привлекая к себе внимание остальных. Воспользовавшись моментом, парень напомнил родичу, для чего именно они сюда явились. Кивнув, Ильико принялся то и дело оглядывать зал.