Боярская честь

Мушкет был с кремневым замком, хорош собой, чувствовалось, что сделавший его оружейник — большой мастер.

Построил своих ратников, вышел перед ними с заряженным мушкетом.

— Пётр, возьми чурбак, отойди на полсотни шагов.

Один из боевых холопов сорвался с места, подхватил обрезок дерева, отсчитал шаги, поставил его на землю.

Пётр вернулся назад.

— Представь, что впереди не бревно, а враг. Я прицеливаюсь… — Я приложил приклад к плечу, направил ствол на чурбак. — Огонь!

Я нажал на спуск. Раздался грохот, всё заволокло дымом. Чурбачок подскочил от удара тяжёлой свинцовой пули и упал. Все без команды сорвались с места и помчались к чурбаку.

Когда я неспешно подошёл, Фёдор держал обрезок бревна в руках и ковырялся пальцем в пулевом отверстии.

— Такой удар никакая броня, никакая кольчуга не выдержит. Один точный выстрел — и противник убит. Если сидеть за стеной в крепости, можно перезарядить пищаль и стрелять снова, пока хватит пороха и пуль. А теперь поставьте в ряд пять чурбаков.

Латники кинулись выполнять указание. Я же зарядил мушкет картечью. Прицелился, выстрелил. Три обрезка бревна упали, два остались стоять.

— Один выстрел — и трое врагов убиты, а стрелял я не пулей — картечью. Ну-ка, скажи, Фёдор, если на тебя пятеро прут, тяжело тебе придётся?

— Вот! А тут один выстрел, и трое врагов убиты, а с двумя даже саблей управиться можно. Доблесть ратника в бою — самому остаться целым, а врагов побольше убить. Причём и убивать их не обязательно — достаточно просто вывести из боя, чтобы не мешали, скажем — ударь по руке саблей, и враг твой уже не боец. Спрашиваю ещё раз — нужен мушкет воину?

На сей раз все дружно согласились.

Однако пока мушкет был один. Я вручил его Федору, остальных собрал вокруг, объяснил и показал, сколько засыпать пороху, как класть пыж, пулю.

— А теперь стреляй сам.

Пусть даже он никуда не попадёт — надо приучить всех к грохоту выстрела, пламени, дыму, пусть почувствуют отдачу.

— Прижимай его к плечу крепче, наводи ствол на цель и плавно спускай курок.

Федор целился долго — я не стал торопить, потом сам поймёт. Выстрел грянул для всех неожиданно. Федор заулыбался, потом потёр плечо.

— А он дерётся — как даст в плечо!

По очереди выстрелили все, потом делились впечатлениями.

Не хочется, но надо осваивать мушкет. Все армии, кроме, пожалуй, татар, уже имеют отдельные роты стрелков, а шведы перещеголяли всех — у них есть целые полки, вооружённые огнестрельным оружием. По крайней мере, пистолеты были у всех офицеров. Нельзя нам отставать.

На другой день я приказал всем взять лопаты.

— Это ещё зачем? Репу сажать?

— Главная сила конницы — в скорости. Когда на тебя идёт конная лава, удержать её пешему почти невозможно.