Чертова баба, или Приют для фамильяров

— А это кто?

— У вас работала, помощницей Соломеи была. Та ее в чем-то обвинила, уж не помню, господин Редроуз ее и уволил.

Опять эта мутная тетка демонят! Куда ни сунься, она везде!

— Попробую справки навести, хорошо? — Лиза улыбнулась. — Сестрице своей напишу, может, и присоветует кого. А ты за силу свою держись пока.

— Это как?

— Ты вся золотом окутана, Лола, — она понизила голос. — Я такое вижу. Это цвет любви — большой, настоящей и сильной. Она тебя как покровом накрыла и защищает. Береги ее и она сбережет тебя. Ведь сильнее ничего на всем белом свете не сыщешь!

— Спасибо, Лиза.

— А с куклой той мерзкой вот как поступи…

* * *— А потом Дженни сказала, что я храбрый! — взахлеб делился со мной Том, когда мы поскакали в обратный путь. — И еще…

— Ты, храбрец, еще раз полезешь в развалины, я тебя спасать не буду, понял?

— Да не полезу, чего я там забыл?

— То же, что и в первый раз.

— Вот еще, ну его, этот цветок! Мы с Дженни теперь дружим, зачем мне всякие растения?

— Не забывай обращаться с девочкой уважительно, Том, понял? Мы неуважения не прощаем. Это я тебе как девочка говорю.

— Какая же ты девочка? — он захихикал. — Ты же старенькая уже!

— Чегоооо? — ахнула от переизбытка ощущений.

— Ну, тебе же сколько уже? Восемнадцать точно есть, — логично заключил наглый отрок. — Значит, старая.

Похватала ртом воздух, как рыба без воды, да и закрыла его. Самой в его возрасте тетки, которым — о ужас! — уже почти двадцать исполнилось, казались древними. А тех, кому за тридцать, так и вовсе считала дезертирками кладбища!

Как же быстро бежит время!

* * *— Твой сын считает меня старухой, — со вздохом сообщила я Януру, когда он вернулся домой и зашел навестить меня, благоухая мылом.

— Да, тебе неприлично много лет, — поддержал он демоненка, глаза заискрились веселушками — вот сразу видно, черти, что отец, что сын! — Целых…

— Вслух озвучивать необязательно, — торопливо перебила я. — Ладно, иди ужинать.

— А ты? — подошел к двери и обернулся. — Или старушки уже не едят?

— Скоро приду, — процедила и запустила в него подушкой.

— Ждем тебя. Будешь хорошо питаться, дольше проживешь!

Он выскользнул в коридор, а я расхохоталась. Вот ведь демон!

Но прежде чем присоединиться к семейной трапезе, мне надо кое-что сделать.

Я широко улыбнулась, выйдя из комнаты. Ох, и шуму будет!..

* * *Ужин прошел тихо и спокойно. Соломея расстаралась, и он оказался даже съедобным. А потом она мило всем улыбнулась и отправилась спать. Я с усмешкой посмотрела ей вслед и представила, как она ставит на огонь в очаге своей спальни котел и, мерзко хихикая, бросает туда головы летучих мышей — да простит меня Шушик.

Следом из-за стола ушла Сара.