Чертова баба, или Приют для фамильяров

Ярко-розовые кувшинки раскрылись, источая потрясающий аромат. Атласные темно-зеленые листья сочными овалами оттеняли их красоту. А в центре сиял он — Цветок из легенды, будто сотканный из живого огня, неповторимо прекрасный.

Глаза следили за переливами на его изящно изогнутых лепестках, поглаживая вязь, порхающую вокруг тычинок, с которых с каждым порывом невесомого ветерка с легким волшебным перезвоном осыпалась пыльца. Само совершенство! Как и настоящая любовь.

— Смотри, магисса! — Соломея опустилась перед ним на колени и, кряхтя, потянулась к цветку.

— Лола, не позволяй ей! — донесся до слуха шепот Янура, который, пошатываясь, через силу шагал к нам.

— Поздно, любимый! — она оглянулась на него, хищно облизнулась и, сжав ножку цветка, рванула его на себя. — Вот, гляди! — заявила торжествующе, встав с ним в руке. — Удостоверилась? — Соломея расплылась в довольной улыбке.

Со стебля, как слезы, как кровь капал огонь.

Тот огонь, который взметнулся вверх, к цветку, налил лепестки пламенем и…

— АААА! — заполошно заорала ведьма, когда пламя скользнуло ей под кожу и побежало по венам.

Она затрясла рукой, пытаясь бросить его, но без толку, он словно прилип к ней. А тело мерзавки тем временем наполнилось сиянием, которое становилось все ярче и ярче — до тех пор, пока не сделало всю ее факелом.

Соломея упала на колени и, не в силах даже закричать от сжигающей ее изнутри боли — той самой, в которую переплавилась ее собственная ненависть — запрокинула голову, бешено вращая глазами."

"Из широко распахнутого рта мощным фонтаном с рычанием вырвался огонь.

Через мгновение одежда ведьмы осела на землю, полная праха, в который обратилась она сама.

— Спасибо, — прошептала я сквозь слезы, глядя куда-то ввысь, где решаются наши судьбы, откуда приходит воздаяние и наказание. — Спасибо…

Встав, я увидела, что огонь, танцующий вокруг Тома, Пружинки и моей матери, мигом погас. Следом подхватила Янура — муж не удержался на ногах, подойдя ближе.

— Лола, — прошептал он, прижавшись ко мне, когда мы осели на землю около пруда с кувшинками, которые все также покачивались на воде. — Любимая…

— Любимый, — отозвалась шепотом.

— Ты знала, что так будет? — демон заглянул в мое лицо. — С цветком?

— Нет, — покачала головой, — не знала. Но надеялась!

— Оптимистка моя! — судорожно прижал к себе. — Сумасшедшая магисса!

— Это точно, — гладя его по волосам, позволила золоту течь из ладоней и впитываться в его шевелюру. — Сам, кстати, огненными шарами кидаться умеешь, а мне ни слова, тихушник!

— Я и не знал об этом, — ответил, улыбаясь. — Это начало проявляться после взрыва в кузнице. Наверное, из-за того, что ты меня напитала своей силой.

— Так мне тоже это доступно? — даже дыхание перехватило от открывшихся перспектив.