Чертик из кофеварки

 – Значит, кража личного имущества? Статья сорок шестая, пункт восемь-б…

– Ой, напугал! – взвизгнула уборщица, пятясь. – Ой, сейчас сердце выскочит! Какая еще кража?

– Обыкновенная, причем, полагаю, совершенная повторно, а это уже пункт восемь-д, за это больше дают…

– Да какая же это кража! – запричитала уборщица. – У нее тут этого добра навалом, ей родители несут и несут, она уж не знает, что со всем этим делать! Если немножко взять, она и не заметит…

– Точно – повторная кража! – поддержала своего компаньона Лола, также выбравшаяся из-за шторы.

– Да какая кража… – ныла уборщица. – Это я для сватьи своей, для Николаевны… день рождения у нее, а без подарка как-то нехорошо, не по-людски…

– А воровать – по-людски?! – наседал на нее Маркиз. – Фамилия?

– Огурцова я! – призналась уборщица. – А сватьи фамилия – Бабочкина…

– Так, – оживился Маркиз, – значит, кража совершена по предварительному сговору группой из двух или более лиц, то есть воровской шайкой. А это уже совсем другая статья, это уже сорок седьмая, пункт четыре, до десяти лет…

– Господи! – Уборщица осела прямо на свое ведро. – Да что же это такое творится? Пожалейте вы старого человека!

– Это можно, – кивнул Леня, – только при условии полного раскаяния и чистосердечного признания своего преступления…

– Я признаюсь… я чистосердечно… – Огурцова часто закивала. – Бес попутал… думаю, все равно это никому не нужно…

– Как давно вы совершаете эти хищения?

– Дак, наверное, год… или полтора…

– Перечислите все, что вы за это время похитили!

– Дак где же мне все упомнить-то? – пригорюнилась кающаяся уборщица. – Много всего было…

– Значит, систематические кражи в особо крупных размерах! – подала голос Лола.

– Да ничего там не было особо крупного! – захныкала Огурцова. – Особо крупное в ведре-то не вынесешь! Самое крупное, что было, – это кофеварка, а остальное и вовсе мелочь…

– Вот как раз о кофеварке попрошу подробнее! – насторожился Маркиз. – Какая кофеварка? Когда украдена? Куда дели? Давайте признавайтесь, гражданка Огурцова, только чистосердечное признание облегчит вашу участь!

– Дак я разве не признаюсь? Я признаюсь… А кофеварка – она и есть кофеварка… какая она? Обыкновенная… не знаете, какие кофеварки бывают?

– Вопросы здесь задаем мы! – сурово проговорил Маркиз.

– Цвет! Какого она была цвета? – взволнованно спросила Лола.

– Дак какого же цвета? – Уборщица задумалась, потом огляделась по сторонам. – Да вот примерно такого! – И она показала на одну из многочисленных ваз, дружными рядами выстроившихся на полке.

Ваза была цвета распускающегося шиповника.

– Розовая! – воскликнула Лола.