Чертик из кофеварки

Там я работал старшим менеджером на одном из месторождений, а сейчас меня перевели в здешнее отделение нашей компании. Так что мы можем материально помочь вашей школе. Оказать ей, так сказать, спонсорскую помощь, к примеру, в размерах компьютерного класса… или тренажерного зала…

При волшебных словах «спонсорская помощь» Анна Романовна чрезвычайно оживилась. Она вскочила из-за стола, подошла к посетителям и проговорила:

– Ну, это же замечательно! Это ничего, что учебный год почти заканчивается, я уверена, что ваш мальчик прекрасно впишется в наш коллектив и усвоит всю необходимую информацию! Как, вы говорите, его зовут?

– Аскольд! – Лола зарделась, как будто и вправду говорила о любимом ребенке.

– Замечательное имя! – воскликнула директриса. – Настоящее древнерусское имя! Это очень патриотично! Имя Аскольд звучит на страницах русских летописей наряду с именами святого князя Владимира, князей-мучеников Бориса и Глеба, святой княгини Ольги и Александра Невского… на слуху у каждого любителя русской старины опера Верстовского «Аскольдова могила»…

– При чем тут могила? – возмущенно перебила ее Лола. – Аскольд – здоровый и крепкий мальчик!

– Я не сомневаюсь! – всполошилась директриса. – Если я употребила слово «могила», то только в связи с названием оперы…

– А вы лучше вообще не употребляйте таких слов применительно к нашему сыну!

Маркиз, прислушиваясь к этой перепалке, искоса поглядывал на часы. Он явно чего-то ждал.

– Итак, – проговорила Анна Романовна, по-своему расценив этот взгляд и решив, что вопрос решен, – итак, я записываю вашего мальчика… В какой, кстати, класс?

Лола только было хотела ответить, как дверь кабинета распахнулась и в него влетела приземистая квадратная женщина с красным от возбуждения лицом и встрепанными волосами. Казалось, что эта женщина только что чудом вырвалась из зоны разбушевавшегося тайфуна. Она разевала рот, как выброшенная на берег рыба, и пыталась что-то сказать, но не могла выговорить ни слова.

– Надежда Ильинична! – строго проговорила директриса, смерив вошедшую взглядом. – Почему вы врываетесь в мой кабинет, как к себе домой? Вы видите, что я занята! Я разговариваю с очень достойными людьми, нашими возможными спонсорами, а вы влетаете с таким видом, как будто случился пожар!

– Хуже! – Вошедшая справилась со своим голосом, хотя губы ее тряслись, а зубы стучали, как кастаньеты в руках испанской танцовщицы. – Хуже, Анна Романовна! В школе заложена бомба!

– Что?! – На этот раз сама Анна Романовна покраснела, как астраханский помидор, выскочила из-за стола и бросилась к двери.