Черт-те что и сбоку бантик

– Откуда вы здесь? – пробормотала вдруг смутившаяся Наташа.

Он выпустил ее и тоже замялся.

– Да вот… приехал… Я не мог… больше не мог… без тебя… без вас… Я люблю вас, Наташа!

– Боже мой… Вы мне сегодня приснились. И вдруг…

– Да… такое всегда бывает вдруг…

– Вы… из-за меня приехали?

– Ну конечно. Мне сказали, что вы в Юрмале…

– Но как вы меня нашли?

– Узнал адрес вашей мамы, подъехал к дому и увидел, как вы возвращаетесь с пляжа… Но не решился… Ах, это все неважно, Наташа… Ты… Вы рады мне?

– Я не знаю… Нет… Я так рада, до ужаса рада!

Она вдруг обняла его и поцеловала в губы. Он задохнулся, прижал ее к себе.

– Ты чудо, Наташка моя, таких больше нет… Я думал, мучился, что-то сочинял… А ты… вдруг просто побежала ко мне. И – все, ничего даже говорить не надо…

– Но ты почему-то все время говоришь… Лучше поцелуй меня еще… Меня никто еще так не целовал…

Они стояли по щиколотку в воде и самозабвенно целовались, с трудом переводя дыхание, не в силах оторваться друг от друга.

– Пойдем, – прошептал он, оторвавшись от ее губ, – у меня тут недалеко машина, поедем ко мне…

– Нет, я не могу, это невозможно, у меня тут дочь, мама… Они же с ума сойдут…

– Да? Я понимаю, но потом, попозже… ты сможешь?

– Наверное… Знаешь, ты позвони мне. Хорошо?

– Хорошо. Обязательно. Ты мое самое большое чудо в жизни, Наташенька. Я провожу тебя?

– Нет, мне надо хоть чуть-чуть очухаться… Со мной такого еще не бывало…

– Со мной тоже… Или я просто уже не помню, забыл, что такое бывает… У меня крышу совсем снесло… Смотри-ка, а мы с тобой одеты совершенно одинаково, надо же… Все, иди…

– Иду…

– До встречи, любимая.

– Ага…

И она побрела обратно, не оглядываясь. Боже, что это? Вихрь! Ураган! Цунами! Еще час назад между нами были не просто барьеры, а практически непреодолимая пропасть и вдруг… А я про себя даже не подозревала… Мне казалось, что он слегка ко мне неравнодушен, но сама-то я этого не ощущала, ни в малейшей степени. И вдруг! Что же делать? Ведь это так все осложнит… А что если нас кто-то видел или, еще того хуже, заснял на телефон? Такое вполне возможно… Вот ужас-то… Да ну… кому надо тут нас подлавливать ни свет ни заря, это просто уже фобия… Но какой он… Какой сильный, крепкий, как от него хорошо пахнет, как он целуется… Я хочу с ним спать… Прямо сегодня… сейчас… Со мной ничего подобного не было… Я же была «верная супруга и добродетельная мать»… Одна пробежка по воде навстречу друг другу и куда девались верность и добродетель? Нету, испарились… Цунами! Что происходит с вами? С нами? Цунами!

Она добрела до дому. Мать была в саду.

– Натик! Что с тобой? – испуганно спросила она.