Замужем за Черным Властелином, или Божественные каникулы

 — Ты знаешь, что это такое?

Русалка-арианэ, разглядев как следует красочное изображение какого-то изукрашенного кубка, зашипела, протягивая к нему руки:

— Х-х-х-де? Д-дай! Оз-з-золочу!

— Ты согласна отпустить взамен моего родственника? — хладнокровно сворачивая свиток, прямо спросил Кондрад. Буднично заметил: — Если сделаешь это, Чаша Жизни будет твоей…

— Нет! — Русалка сглотнула. — Не отпущу! Не могу! Даже не проси.

— А если подумать?.. — вкрадчиво спросил Кондрад Дорсетский.

Ледяное выражение его породистого лица не сулило русалке в случае отказа ничего хорошего. Чисто-черный костюм — бархатный камзол без единого блестящего галуна, украшения или пуговицы, бриджи и рубашка — подчеркивал мрачность владельца.

Видеть Кондрада с заплетенной косой за плечами вместо обычного «хвоста» было несколько непривычно, хотя, с другой стороны — видимо, тут так принято.

— Н-нет… — огорченно заявила русалка, нервно передергивая плечиком. — Это не в моей власти… Не могу — кровь призывает!

И эта про кровь! Вампирский рай!

А девушка излучала чисто женскую притягательность. В красивом льняном национальном костюме с алой вышивкой на рукавах и по вороту… Глазки опущены. Алые губки стеснительно подобраны… Всяк скажет: «Какая хорошенькая девица!» Да уж… глядя на такую симпатичную поселянку с толстой косой ниже пояса, ни за что не угадаешь истинной смертоносной сути!

Арианэ словно прочитала мои мысли и закокетничала, перебирая богато изукрашенное бусинами и яркими шелковыми лентами охвостье светло-русой косы.

— До чего ж несговорчивая тебе девушка попалась! В следующий раз будь повнимательней! — вполголоса заметил Кондрад, бросая на меня предупреждающий взгляд и подмигивая.

К слову сказать, метаморфоза обычной крестьянской девушки в русалку шла семимильными шагами. Уже ее зрачки из круглых стали продолговатыми. На руках то появлялись, то исчезали прозрачные перепонки между пальцами. В пепельно-русых волосах начали проглядывать необычные темно-зеленые пряди…

Разрез глаз у Клены заметно увеличился, лицо неуловимо вытянулось, придавая девушке нездешнее очарование. Только ступни оставались прежними. Видимо, местные грудастые дивы, совсем как у сказочника Андерсена, по суше топают исключительно ножками.

Арианэ обхватила себя руками. Ее колотил озноб. К ней подошла тетя и принялась уговаривать:

— Отпусти его, Кленушка, от тебя не убудет! Все равно не твое, погубишь только…

Неожиданно черты русалки плавно вернулись к прежним, девичьим.

— Я не могу ее пересилить, тетушка! — чуть не плача сказала девушка, теребя оборку нарядного холщового передника. — Она сильнее меня! Прости!

Ее коса опять пошла зелеными пятнами.

— Н-не отдам! Мое! — На место Клены вернулась русалка.