Тигровый, черный, золотой

Очень волновался, твердил что-то об отключенном телефоне, без которого его никто не вычислит… Я понял только, что он бросил работу в музее, удрал и хочет где-то пересидеть. У его родителей когда-то была здесь дача, я знаю Колю еще с тех лет. Я пустил его, не задавая вопросов, и до вчерашнего дня он жил у меня. Вернее, пил. Затем здесь появилась помощница Бурмистрова, и я предупредил Колю, что ему пора искать новое место. Он уехал. Вот и все.

– Чего он боялся? – спросил Бабкин.

– Ну вы даете! Бурмистрова, конечно! Его все боятся. А Коля – робкий человек и, как все пугливые люди, с развитым воображением.

– Его страхи имеют под собой основания? – спросил Макар. – Он участвовал в краже?

Акимов покачал головой:

– Понятия не имею. Я вам пытаюсь объяснить: мне это не интересно. Кто украл, зачем украл… Я в этом балагане участвовать не буду. Вон, бросил Коле матрас, – он кивнул в сторону спальни, – и на этом мое вмешательство закончено.

В беседу вступил Сергей. Чьи имена упоминал Вакулин? С кем он уходил выпивать? О чем он говорил, когда оставался с Акимовым, в первый день? А во второй? А на третий?

Шаг за шагом, планомерно Бабкин вытаскивал из свидетеля всю возможную информацию. Хоть где-то, но Вакулин должен был проговориться! Сергей записал имена собутыльников сторожа, а Илюшин успел найти такси, которое отвезло Вакулина на станцию, и вышел на улицу, чтобы поговорить с шофером. Сквозь окно Бабкин видел тлеющий огонек сигареты, описывающий круги: водитель что-то рассказывал. Сергей надеялся, что хотя бы Макару повезет.

Из всего, что говорил Акимов, они не узнали ничего нового. «Сторож испугался – сторож сбежал». Вот и все. Испугался ли он, что Бурмистров станет мстить за то, что тот уснул на рабочем месте и проворонил кражу, – или сам помогал вору?

Макар вернулся в дом, коротко мотнул головой в ответ на вопросительный взгляд напарника. Значит, и от водителя ничего не удалось добиться. Ладно, путь Вакулина в электричке еще предстоит отследить…

Сергей оставил Макара беседовать с Акимовым, а сам, не теряя времени, отыскал двоих мужчин, с которыми выпивал сторож. Выпивохи с недоумением разглядывали сыщика, а на все его вопросы только разводили руками. О чем говорили? Ну, о бабах, о правительстве, о ценах, о том, зачем молодежь волосы красит, чего им неймется… О музее? Нет, о музее не говорили.

Бабкин вернулся к Акимову ни с чем. Вакулин, даже пьяный, крепко держал язык за зубами.

Кажется, под конец этого утомительного разговора художник их слегка пожалел.

– Зря вы убиваетесь в поисках Коли, – сказал он. – Он по природе суслик. В небе появилось маленькое облачко, а тот уже верещит и прячется, потому что коршун, коршун, всех сожрут!

У Макара негромко засвистел телефон.

– Слушаю, – сказал Илюшин.