Черный список

После того, что случилось, мой обычный отцовский страх за ребенка удесятерился и стал почти паническим. Мне казалось, что, если я отпущу девочку от себя больше чем на метр, с ней немедленно случится беда. То, что Лилю нужно отсюда увезти, обсуждению не подлежало. Весь вопрос был в том, должен ли я сам находиться здесь или мне тоже следует уехать, махнув рукой на невидимых благодетелей, убивающих кинодеятелей и выгоняющих меня из города. И решать этот вопрос нужно было быстро.

Асфальтированная набережная закончилась, дальше вдоль моря шла посыпанная мелким гравием дорога, по обеим сторонам обсаженная маленькими пальмочками. Впереди показалось недостроенное здание изящной и необычной архитектуры. С правой стороны аллеи, по которой мы брели, укрепленный на столбе большой щит сообщал, что строительство гостиницы «Палас» ведет турецкая строительная фирма «Касиду». Однако никакого движения на стройке мы не обнаружили. Я понял, что это была та самая заброшенная стройка, про которую мне рассказывал вчера на рассвете Сережа Лисицын и на которой нашли мертвого режиссера Виктора Бабаяна. Строительство шло быстро и гладко, и при таких темпах гостиница должна была быть закончена к ноябрю — декабрю. Но в дело вмешалась политика. После событий в Буденновске в средствах массовой информации прошла «утка» о том, что руководитель захвативших Буденновск боевиков Шамиль Басаев сбежал в Турцию и получил там убежище. На следующий день какие-то хулиганы подбросили на стройку листовки с фотографией премьер-министра Турции с выколотыми глазами и с текстом, оскорблявшим религиозные чувства мусульман. Строители-турки тут же собрали вещички и гордо удалились на родину. Вряд ли можно упрекать их в том, что они не захотели оставаться в такой враждебной обстановке."

"Мы повернули назад, потому что за недостроенной гостиницей начинался пустырь и гулять там было неинтересно. Когда мы снова оказались в центре города, я принял решение.

* * *На переговорном пункте народу было много, и мне пришлось ждать своей очереди к телефону довольно долго. Наконец я вошел в душную тесную будку и принялся набирать один за другим московские номера телефонов. Мне пришлось истратить на звонки изрядное количество жетонов, но в конце концов я нашел тех, кто мне был нужен, и договорился обо всем. С местного телефона я дозвонился в гостиницу и поговорил с Ритой. Как и предполагалось, она пришла в ужас оттого, что Лиля так быстро возвращается в Москву, не пробыв на море и двух недель, но мне удалось ее успокоить рассуждениями об испортившейся надолго погоде и байками о необыкновенно комфортабельной даче моих друзей, у которых мы будем жить и у которых двое детей примерно Лилиного возраста, так что скучно девочке не будет.