Чёрный Рыцарь

Каждый раз, когда слезы начинают высыхать, я думаю о том, в каком страхе, должно быть, пребывает Ксандер, и тогда на меня накатывает новая волна.

Что я наделала? Что я наделала?

— Я отведу Ким домой, — говорит папа дяде Льюису.

— Что? Нет! — я кричу. — Я не уйду, пока не найду Ксана.

— Может, он ушёл к себе домой.

— Ахмед позвонил бы дяде Льюису, если бы знал, — настаиваю я.

Папа прижимает меня к себе и обращается к дяде Льюису:

— Позвони в полицию. Это может быть другой случай, как прошлый.

— Сомневаюсь в этом. Тогда мишенью был не он, а Эйден, — вздыхает дядя Льюис, его взгляд блуждает по мне. — Но да, отведи Ким домой. Становится холодно.

Я борюсь с папой, когда он пытается увести меня.

— Нет, папочка. Я должна найти его.

— Ты не можешь, Ангел. — папина челюсть сжимается, и не знаю, почему это заставляет меня заплакать сильнее.

Я вырываюсь из его хватки, прежде чем он снова может поймать меня.

— Ким! — зовет он, и его шаги раздаются позади меня.

Понятия не имею, куда бегу, но не останавливаюсь.

Я спотыкаюсь и скатываюсь с небольшого холма. Мое колено горит и щиплет, но я встаю и продолжаю бежать.

— Ксааан! — я кричу во всю глотку.

Я плачу, бегу и задыхаюсь."

"Это почти как в тот раз, когда бабушка ушла от меня, и я знала, что больше никогда ее не увижу.

Только теперь все еще хуже, потому что я причина его исчезновения.

Я причина того, что он потерялся где-то в неизвестности, пока ему холодно и одиноко.

— Ксан!

Что-то врезается мне в лодыжку, но я продолжаю бежать и звать его по имени.

Вот что он чувствовал, когда его мама села в ту машину и уехала? Когда она ни разу не оглянулась, уезжая от него?

Рыдание вырывается из моего горла, когда я стою в лесу, моя грудь вздымается так сильно, как будто сердцебиение остановится в любую секунду.

Как раз в тот момент, когда я собираюсь остановиться и позволить папе поймать меня и увести домой, я замечаю фигуру у обрыва.

Джинсовая куртка и золотистые волосы, высокая фигура и худощавое телосложение.

Это он.

Сначала мне кажется, что он смотрит вниз со скалы. Но вместо этого он смотрит на меня, засунув руку в карман, и выражение его лица пустое, даже затравленное.

Его голубые глаза самые пустые, какие я видела с того дня, как он потерял маму. Он холодный и такой пустой, что это пугает.

— Ксан!

Я бросаюсь к нему, дважды спотыкаясь, но удается не упасть на задницу.

Я обнимаю его за шею и так крепко, что кажется, я могу его задушить.

— Мне так жаль, Ксан. Я не хотела этого делать. Прости меня.

Он кладет руку мне на грудь и отталкивает. Это так сердито и сильно, что я отшатываюсь вместе с движением.

Я это заслужила. Я втянула его в это.

Я также заслуживаю смертоносного взгляда, которым он меня одаривает.