Черный проводник

— Вы уверены?

— Разумеется. Показать вам ваш портрет? И не хватайтесь за оружие — не успеете.

Топот ног, сзади подходят те самые молодые любители пива. И тоже с оружием. Понятно, подстраховка, чтобы я никуда не ушел. А вот и та самая пожилая парочка. Что-то они слишком быстро подходят… никак, помолодеть успели?

Так… срисовали меня ещё на вокзале, надо думать. Сидели в пивной и ждали, когда ко мне подойдёт связной — взяли бы обоих. И эти, молодые и шумные, оттого и не глядели в мою сторону. Им это не нужно, они — силовая группа, а командуют всем эти самые псевдостарички.

— Что вам угодно, господа?

— Перестаньте разыгрывать комедию, герр Гашке! Сдайте оружие!

Всё, это провал. Застрелиться? Не дадут, вон, как у этих ребят стволы подрагивают — ждут любого подозрительного движения. Только шевельни рукой — прострелят.

— Кто вы такие, господа?

— Контрразведка, герр Гашке! Вам документы показать? Извольте. — Собеседник отогнул лацкан сюртука — там блеснул полицейский значок. — Где документы?

— Что тут происходит, господа?

Это ещё кого черти принесли?

А-а-а… тот самый любитель пива.

Подразвезло его всё-таки изрядно, даже на ногах стоит нетвердо, к стене прислоняется. Но спесь так и прёт!

— Проходите мимо, добрый господин! — обернулся к нему один из «старичков». — Полицейские операции вас не касаются!

— Я попросил бы вас! — возмущается тот. — Как вы разговариваете с офицером?!

Всё-таки офицер… даже, наверное, не отставник — ишь как его задело!

— Ганс, покажите господину офицеру свой жетон… — устало говорит «старичок».

Один из молодых любителей пива лезет в карман и что-то показывает офицеру.

— А-а-а… ну… понятно! Вдевятером ловить мелких жуликов, конечно, проще, чем полировать брюхом грязь на фронте. Ладно… занимайтесь своими делишками, господа!

Офицер отмахивается от Ганса рукой, но делает это настолько неуклюже, что попадает ему пальцами по глазам. Тот вскрикивает, наверное, больно оказалось, и роняет на землю свой жетон.

На секунду все отвлекаются на это действие.

Ках!

Ках!

А в руках у офицера уже блестят металлом пистолетные стволы.

Сбитые пулями, на землю падают оба «старичка».

— Ложись!

А ведь он по-русски кричит!

Не дожидаясь более ничего, Ролдугин ничком падает на землю.

И вовремя!

Над его головою тут же противно взвизгивают пули.

Ну, чтобы не использовать столь благоприятный момент — это надо совсем уж глупым человеком быть! Выдернув из кармана браунинг, капитан удачным выстрелом выводит из игры одного из противников, и тот кулем оседает на землю. Второй, получив пулю в живот, роняет свое оружие и с криками катается по мостовой.

К-р-р-р…

Словно коленкор разорвали.