Черный Отряд

Пока он решает проблему – заставляет местных марионеток плясать под свою дудку. – Разве не возникнут проблемы у каждого, кто попытается приручить этот безумный город?

– Гм. Посмотри.

Небольшое стадо китов резало волны неподалеку от рифов возле оконечности полуострова. Я попытался не проявлять восхищения – и не смог. Животные, танцующие в железном море, были великолепны.

Мы уселись на камни спиной к маяку, и нам показалось, будто мы смотрим на мир, где еще не ступал человек. Иногда мне кажется, что без нас он стал бы лучше.

– Там корабль, – произнес Ильмо.

Я разглядел судно лишь тогда, когда его парус вспыхнул, поймав солнечные лучи, и превратился в оранжевый треугольник с золотой каймой, пляшущий на волнах.

– Каботажник. Тонн двадцать.

– Такой большой?

– Для каботажника. Корабли, плавающие в открытом море, бывают иногда и по восемьдесят тонн.

Время мчалось вперед, переменчивое и надменное. Мы наблюдали за кораблями и китами. Я в сотый раз попытался представить новую землю, вспоминая всяческие слухи, слышанные от торговцев. Вероятно, нас перевезут через море в Опал. Говорят, Опал – двойник Берилла, только помоложе…

– Этот дурак собирается врезаться в скалы.

Я очнулся. Каботажник шел в опасной близости от берега. В какой-то момент он слегка изменил курс, прошел всего в сотне ярдов от рифов, затем лег на прежний курс.

– Хоть какое-то намечалось развлечение, – заметил я.

– В первый же день, когда ты произнесешь что-либо без сарказма, Костоправ, я лягу и помру на месте, – пообещал Ильмо.

– Сарказм не дает мне свихнуться, приятель.

– А это спорный вопрос, Костоправ. Спорный.

Я вновь попробовал заглянуть в лицо будущему – это лучше, чем смотреть в прошлое. Но будущее отказывалось снять маску.

– А корабль-то плывет к нам, – сказал Ильмо.

– Что? Ого.

Каботажник покачивался на крупной прибрежной зыби, еле двигаясь вперед. Его нос был направлен на пляж возле нашего лагеря.

– Не хочешь сообщить Капитану?

– Полагаю, он уже знает. На маяке стоят наблюдатели.

– Верно.

– Приглядывают на случай, если что-нибудь произойдет.

Гроза откатывалась к западу, заслоняя горизонт и накрывая своей тенью море. Холодное серое море. Мне неожиданно стало страшно при мысли о путешествии за море.

Каботажник привез весточку от контрабандистов – приятелей Тамтама и Одноглазого. Выслушав новости, Одноглазый стал еще более мрачным и угрюмым, а ведь он и так уже успел побить все свои рекорды по части мрачности. Он даже перестал цапаться и грызться с Гоблином, что было его второй профессией. Смерть Тамтама нанесла ему жестокий удар, от которого он до сих пор не сумел оправиться. Он не стал пересказывать нам полученные от приятелей новости.