Черный мятеж

После освобождения коммандос от повстанцев международного аэропорта Лагоса здесь снова возобновились полеты пассажирских рейсов. Монополизация воздушного пространства мятежниками была прекращена. Обстановка нормализовывалась и приходила хоть в какой-то порядок. Уцелевшие белые, пережившие недавний кошмар, наконец-то получили возможность улететь по назначению. Те немногие, кто еще оставался в Лагосе, стремились покинуть страну.

В зале ожидания находилось много раненых граждан, которым оказывали медицинскую помощь. Кто-то получил пулю, кого-то избили мятежники, а некоторые получили полный комплект физических, моральных и материальных проблем. И всеми этими несчастными нужно было заниматься: лечить, подсказывать, помогать. Люди испуганно наблюдали за большим количеством находившихся здесь военных и людей в белых халатах."

"– Будьте так любезны! Мне нужно улететь, могу ли я попасть на самолет?.. Вы гарантируете, что ничего не случится?.. Зачем здесь столько военных? – с разных сторон доносились вопросы от потерявших самообладание людей к служебному персоналу.

– Мы ничего не можем вам гарантировать, поймите! Нас только недавно самих освободили от мятежников, и что происходит в городе, мы не знаем! – отвечали на все вопросы служащие аэропорта.

– Но тогда к кому можно обратиться? – снова засыпали их вопросами.

– Спрашивайте у военных, может быть, им это известно. Они здесь, чтобы помочь правительственным войскам контролировать обстановку, – указывая рукой в сторону людей во французской форме, отвечали помятые работники аэропорта.

В помещениях аэропорта царила неразбериха. Но это было лучше, чем то, что происходило здесь еще совсем недавно. Теперь аэропорт казался маленьким островком хоть какой-то стабильности в океане нигерийского хаоса. Люди с надеждой смотрели на военных.

В форме адъютанта французской армии Мишель Мазур шел по залу ожидания международного аэропорта. Адъютант в Легионе – это не должность, а офицерское звание, соответствующее старшему лейтенанту в Российской армии. Он направлялся к пассажирскому терминалу, туда, где пребывало в страхе немало прилетевших, а также желающих улететь граждан. Большинство из них составляли люди европейской внешности.

– Можно вам задать вопрос? – спросил, немного заикаясь, догнав Мазура, африканец.

– Спрашивайте, – ответил, не останавливаясь, высокий мужчина в военной форме.

– Я прилетел за своей семьей, а их в городе нет. Там полная разруха… где они могут быть? – всхлипнув, но удержавшись от слез, продолжал темнокожий толстяк.

– Жители оставили город в поисках безопасных мест, и, вполне может быть, с ними ваша семья, – коротко ответил офицер.

Он посмотрел на собеседника и на мгновение остановился.