Черный мятеж

Но это ничего, я такие места знаю, где нас никто не отыщет.

– Ну, допустим. А дальше?

– Дальше? Дальше – в Кению или Бенин. У меня и там, и там родня, так что…

– С ума сошел? – перебила его Сытина. – Какой Бенин? У вас там по два раза на день государственный переворот. Мне уже одной Нигерии на всю жизнь хватит. Эта проклятая Африка меня теперь по ночам в кошмарах будет преследовать! Мы же там с такими деньгами и дня не продержимся – ваши плебеи повесят нас на первом баобабе!

Садовник тоже перестал улыбаться и сказал уже более серьезно:

– Ну-ну, спокойней, никто нас не повесит. Не хочешь ехать – так и скажи. У тебя есть другие предложения?

– Естественно. У тебя ведь даже паспорта нет, верно?

– Ну допустим, и что из этого?

– Не допустим, а нет.

– Ну ладно, нет, – согласился мулат, выжидательно глядя на девушку. В его глазах промелькнуло какое-то неясное подозрение.

Ольга прищурилась. Лицо ее стало более жестким, губы подобрались, и сама она стала напоминать пантеру, готовую к прыжку.

– И значит, банковский депозит ты тоже открыть не можешь? – продолжала она дальше свою цепочку настораживающих Жака вопросов.

– К чему это ты ведешь?

– А к тому, что придется нам, дорогой, весь безнал оформить на меня.

– Шутишь? – садовнику стало вовсе не до смеха. Он непонимающе смотрел на Сытину.

– Нет, с чего мне шутить? Я абсолютно серьезно. Суровая необходимость, – развела руками Ольга.

– Хм… Интересно, – растерялся Жак. – С тобой все ясно. А что же я получу?

– Что? Жизнь и свободу, вот что! Ну и немного денег…

– Немного? – изумленно проговорил мулат. – Что значит «немного»? Я из-за этого побега жизнью рисковал, а ты мне – «немного»! Я же все это делал для тебя… Для нас обоих!

– Но ведь жизнь ты сохранил, так? Так. Что может быть важнее этого в вашей проклятой Африке? Или ты хочешь, чтобы я отцу про тебя рассказала? – На лице девушки появилась презрительная усмешка. – Так я это могу запросто сделать. Только ты вряд ли обрадуешься. У тебя ведь никакой отмазки нет…

Африканец посмотрел на нее взглядом затравленного зверя:

– Милая, ты что, серьезно?

– Абсолютно. Мы выбираемся отсюда, оформляем депозит на меня, я отдаю тебе твою часть денежек – и… ты забираешь ребенка.

Садовник опешил:

– Что?!

– Я что, неясно говорю? Ребенок – твой, ты его и забирай!

– Но это же…

– Напомнить? – взбешенно почти прокричала Ольга. – Или тебе память отшибло?

Садовник, ошеломленный, не верил своим ушам. Что же это получается? Его кинули, как сопляка! Выходит, что с самого начала он был для нее живым щитом в побеге. И на вышке, и на катере, и в джунглях – везде он играл роль большого, доброго, мускулистого и преданного… раба? Ему стало не по себе. В любом случае, дальнейшее продолжение беседы грозило обернуться грандиозным скандалом.