Черный меч царя Кощея

Очень надеюсь, что впредь никогда больше не увижу чёрный замок фон Дракхена — слишком много нервных клеток мне здесь загубили.

Всё, хочу домой, в Лукошкино! Правда, у меня и там дел выше крыши, если вспомнить расформированное отделение и почти полную анархию в городе. Уж чего и как там науправляла боярская дума, даже представлять не хочется, страшно, аж жуть.

— Ничего, вот вернёмся с тяжёлой кавалерией, посадим царя-батюшку на трон, а там уж он пусть сам порядок наводит!

Я вспомнил Гороха в коротком кожаном белье, ошейнике и чёрной маске. Помотал головой. Видение исчезло, но на его месте появилась киношная рожа бородатого боярина с криком: «Царь-то не настоящий!»

— И ведь если мы где-нибудь по пути его не переоденем, то так и будет. Про матушку царицу вообще молчу. Стоит ей появиться в Лукошкине в моём кителе и фуражке, так сплетни о шашнях милиции и австрийской принцессы никаким репрессиями не остановишь. В стране бунт будет! — бормотал я на ходу, крепко держась обеими руками за трубу. — Единственный вариант успокоения народных масс — это меня на плаху, царицу в монастырь, царя в запой! Тогда посочувствуют и поймут…

Вот почему в нашей жизни так много зависит от внешнего вида? Ведь животные нисколько не заморачиваются вопросами моды и смены платьев, а живут себе преспокойненько.

Кстати, китель у царицы всё равно надо бы не забыть забрать. Ну, пусть не сразу, пусть я в одной рубашке похожу, пока мы не встретим по дороге какой-нибудь супермаркет, бутик европейского платья или хотя бы скромную швейную мастерскую.

На ум тут же пришёл наш лукошкинский портной-гробовщик Абрам Моисеевич. Этот всегда был готов пойти навстречу властям во всех вопросах. И если кто бы и мог за одну ночь пошить новое платье короля (шучу!), то только этот еврейский кутюрье. Кстати, пошил бы даже в долг, платить нам сейчас нечем.

— По идее надо было потребовать с гражданина фон Дракхена хоть какую-то компенсацию за потерянное время, моральный и физический ущерб, репатриации для еремеевцев, ещё чего-нибудь…"

"Наверняка злодей жил на широкую ногу, а при его теперешнем домашнем аресте деньги ему тратить особо не на что. А впрочем, на эту тему лучше с дьяком побеседовать. Ни за что не поверю, что Филимон Митрофанович трудился на Змея безвозмездно, из чистой любви к рептилиям. Наверняка натырил золотишка по карманам, сколько успел.

Мне даже вспомнилось, будто в нашу последнюю встречу гражданин Груздев заметно позвякивал на ходу. Будь он робот какой-нибудь, я бы не удивился, а так…

Печь, резким поворотом едва не скинув меня в орешник, махнула по самому крутому склону Стеклянной горы и красивым прыжком с пригорка притормозила ровно за три шага до моей обалдевшей Олёнушки.

— Обалдеть и не встать, — с придыханием выдала она.