Черный маркиз

Диана от удивления раскрыла рот, когда увидела лорда Рэндольфа Сомертона!

— Что вы делаете? — сказала она возмущенным шепотом. — Король повесит вас за это!

— Не беспокойтесь, моя дорогая, — сказал он с самодовольной улыбкой, отчего ей ужасно захотелось достать пистолет и пристрелить его.

Он отнес ее в ожидавшую карету и осторожно посадил на сиденье, а затем небрежным жестом дал понять похитителям, что больше не нуждается в их помощи.

— Вы уверены, что справитесь с ней? — спросил де Кориак. — Она настоящая ведьма.

— Будьте повежливее, — бросил лорд Рэндольф. — И убирайтесь вон!.. Проклятый лягушатник, — пробормотал он и отошел, давая указания человеку на козлах. Диана выругалась от бессилия. Что задумал лорд Рэндольф? Она была крепко связана и не могла даже пошевелиться.

Он сел напротив нее.

— Что все это значит? — спросила она как можно спокойнее.

— Разве непонятно? Это похищение.

— Вы с ума сошли!

— Вы все еще продолжаете думать, что меня повесят, миледи? — Он достал эмалированную коробочку и взял щепотку нюхательного табака. — Не беспокойтесь, король не рассердится. Напротив, думаю, наградит меня титулом графа. Да, — добавил он, — я буду не только вашим мужем, но и графом с соответствующими привилегиями, властью и имуществом.

— Король ни в коем случае не одобрит похищение.

— Вы так думаете?

Его непонятная уверенность заставила ее засомневаться. Неужели король дал свое согласие?

— Король сам сообщил вам об этом? — спросила она лорда Рэндольфа.

— Конечно.

— Лично?

Он посмотрел на нее сверху вниз.

— У короля очень много дел, леди Аррадейл. Я получил указания в письме.

Черт побери! Она попалась на удочку с помощью превосходной подделки и потому не исключала, что лорда Рэндольфа постигла та же учесть. Но кто это мог сделать? Француз…

Надо убедить лорда Рэндольфа отказаться от своей затеи, пока никто ничего не заметил.

— А вы уверены, что полученное от короля письмо не является фальшивым? — спросила она.

— Фальшивым? — О, как она ненавидела его надменную самодовольную улыбку! — Письмо было запечатано королевской печатью.

Подделка королевской печати являлась особо тяжким преступлением наравне с государственной изменой!

— Я вижу, вы наконец все поняли, — сказал он. — Не бойтесь. Я буду прекрасным мужем для вас. Не причиняйте мне беспокойства, и все будет хорошо.

Диана подавила желание ответить грубостью и постаралась взять себя в руки.

— А что, если письмо все-таки фальшивое? Я не хочу выходить замуж за человека, который окажется в Тауэре за измену.

На лице его мелькнула тень сомнения, но затем оно приняло прежнее выражение.

— Не говорите глупости.