Черный Маг Императора 15

В тот момент, когда Собакин приступил к сути вопроса, этого придурка в конюшне уже не было. Я ему ничего не рассказывал, Лешка с Костей, я думаю, тоже… В таком случае, остается…

С большим трудом я сдержал себя, чтобы не посмотреть на Гагарину. В этот момент мне очень хотелось задать ей несколько вопросов и для начала спросить: каким образом Огибалов узнал о нашем разговоре? И если она рассказала ему об этом, то за каким чертом она это сделала?

— Я задам вам всем всего один вопрос — кто-нибудь хочет мне что-то сейчас сказать? — спросил Иван Федорович.

Лично я ничего не хотел сказать. Больше всего мне сейчас хотелось лишь одного — сделать так, чтобы Огибалов пожалел о том, что мы сейчас в этом кабинете.

Ну не урод? Вот значит каким образом он решил отомстить Собакину за то, что тот предпочел оставить в Ордене меня и не повелся на его провокацию. Самое главное, из-за чего это все? Неужели из-за Урусовой?

— Кто знает, Макс… Вполне может быть, что и Шуйский приложил к этому руку, после того как узнал, что есть возможность хорошо тебе досадить, — предположил Дориан. — А может статься так, что у этого мерзавца к княжне не только финансовый интерес, но и сердечный. В таком случае, это страшная взрывная смесь, мой мальчик. Ты уж мне поверь.

— Как бы его самого не порвало… — мысленно ответил я, всеми силами заставляя себя не смотреть по сторонам и не сводить глаз с Орлова.

— Ну если все молчат, тогда слово возьму я, — сказал директор. — Разумеется, начиная с этого дня все это безобразие я прекращаю. Если узнаю о чем-то подобном — исключу из школы несмотря ни на что. Это первое.

Иван Федорович хлопнул ладонью по бумаге со списком.

— Разумеется, родители всех указанных здесь учеников будут осведомлены о том, что их драгоценные детишки взяли на себя роль хранителей древних школьных традиций. Это второе, — он посмотрел в сторону дивана. — Хорошо, что нашелся хоть один умный человек, который решил доложить об этом безобразии.

— Сразу же, как только узнал, — донесся до нас голос Огибалова.

— Молодец, Артемий, — похвалил предателя Орлов. — Чем избавил наш медицинский блок от новых пациентов или еще чего похуже…

В кабинете вновь наступила тишина. Настроение было препаршивым, что и говорить. Наша поездка к Медовому Роднику явно сорвалась, поэтому хотелось только одного — поскорее выйти из этого кабинета и отправиться в Липин Бор, а оттуда к Хрустальной Поляне.

— Если вопросов нет, то Нарышкина и Огибалова я попрошу задержаться ненадолго, а остальные могут быть свободны. Всем хороших каникул, господа.

Мы дружно поднялись со стульев и вышли в приемную.