Черный Маг Императора 11

— С чего бы, по-твоему, она ходила вместе с моим дедом?

— Вот я тоже сразу об этом подумала, когда узнала, — после моих слов ее тон явно изменился, иронии в нем больше не было. — Только ты мне про сестру ничего не говорил.

— Она мне не родная, но жить пока будет у деда, — объяснил я и махнул рукой. — Там у нее своя история.

— А-а, понятно… — хмыкнула она. — С родичами не поладила? Это бывает. В ее возрасте я тоже часто со своими ругалась.

Некоторое время ели молча, наслаждаясь вкусной едой и пытаясь сделать так, чтобы она исчезла до того, как успеет остыть окончательно. Холодная пицца и горячая пицца — это две большие разницы, как говорит Дориан.

— Фух… Отлично просто… — сказала Лазарева, разделавшись с последним куском сырной пиццы. — Давненько я так не наедалась с утра пораньше. Теперь придется до завтра на голодном пайке сидеть. С такими завтраками недолго и в коровку превратиться. Спасибо, Макс.

— Тебе это не грозит, — сказал я, глядя на ее осиную талию. — Ты весишь не больше моего Фауста, а он еще та скелетина.

— Темников, у тебя комплименты как кирпичи. Когда ты уже начнешь их как-то изящнее выражать? — в этот момент из озера с громким всплеском выпрыгнула жаба и громко квакнула, заставив Полину рассмеяться. — Вот видишь! Даже лягушки от тебя в шоке!

— Вали отсюда, — сказал я жабе, и она послушно прыгнула обратно.

Я сложил пустые коробки одну на другую, поставил их на квадроцикл и вытащил из багажника пакет, с которым вернулся обратно.

— Что там у тебя? Еще еда? — улыбнулась Полина. — С меня на сегодня хватит, если что.

— Нет, не еда, — ответил я и вытащил из пакета две одинаковые книги, на обложках которых была одна и та же надпись — «Грач-невидимка». — Вот, посмотри.

Лазарева с удивлением осмотрела одну книгу, затем взяла в руки вторую, пролистала несколько страниц и глаза у нее стали круглыми как блюдца.

— Какого черта, Темников… Ты где это взял? — удивленно спросила она.

— Секрет фирмы, — ответил я, не собираясь выдавать Люфицера. — Есть у меня знакомый мастер на все руки. Я бы сказал — очень умелый языковед.

— Да он у тебя просто гений! — восторженно прошептала Полина, переворачивая страницы одну за другой. — Как он смог это все перевести, я понять не могу? Надо, чтобы ты меня с ним познакомил!

— Может быть, по случаю… Как-нибудь…

Но Полина меня и не слушала, она была всецело увлечена книгой. Я не трогал ее минут пять и дал спокойно полистать книгу. Да и не было никакого смысла ее отвлекать, пока все ее мысли с Грачом-невидимкой.

Наконец она захлопнула книгу и прижала к себе, будто боялась, что я попрошу вернуть ее обратно.

— Круто, Макс! — восхищенно сказала она. — Оказывается, ты умеешь удивлять не только своими знакомствами с симпатичными девушками, но и делами!

— Еще бы, — хмыкнул я.