Черный феникс

В то время, Арван был заместителем ректора и деканом боевого факультета, а его жена занималась поместьем и лишь понемногу практиковалась в магии. Естественно, ее это не устраивало. Как и множество ограничений, которые вводились для жены брата главы рода. Она должна была продолжить род, но… Детей не было, и это осуждалось.

Арван позволил себе пригубить вино, поддаваясь эмоциям и вспоминая, что вопреки правилам, традициям и требованиям первого среди высоких родов, не тронул жену ни в первую брачную ночь, ни в последующие десять лет.

Не смог. Пусть она и знала о долге, пусть и была покорна, но интуиции мужчина доверял. Хоть и не было между ними любви, однако что-то внутри него противилось, не давало потребовать свое право. И сейчас Арван знал, что поступил правильно.

Мудрым был предыдущий ректор Академии ХИЛТ, мудрым, понимающим… Не зря пригласил его жену на место заместителя декана факультета лекарского дела, их это сблизило, научило не просто существовать друг с другом согласно долгу, а наконец увидеть друг друга настоящими, цельными… Увидеть и влюбиться без памяти.

Спустя долгих семьдесят лет на свет появился их сын. А спустя еще десять лет очаровательные дочки. Средняя Ланория, пошедшая по стопам матери, стала лекаркой. Младшая Виолия удивила всех, поступив в позапрошлом году на факультет боевой магии.    И вот одну именно ее, ему и напоминала леди Марина. Арван и сам не понимал, почему глядя на леди Марину, думает о своей младшенькой. Стареет, становится сентиментальным? Бывает. Но работе это мешать не должно.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Глава 14-3

В момент, когда леди Ламея предложила разделить воспоминания, ректор нахмурился.  Не сказать, что ритуал считался запретным, но ошибка, если ее допустить, могла привести к неприятным и даже катастрофичным последствиям. Ректор ускорил воспроизводимое туманом, желая понять, в каком состоянии находятся дети, но остановил ускорение раньше, чем планировал.

Его заинтересовала тройка ребят в гостиной. Все трое — представители рода Аргхарай. И они явно спорили. Может, девушку отговаривают?

— Значит, леди согласилась на твое безумство? — лорд Гекхар глядел на младшего братца. — А вы знаете, что если допустить ошибку, то можно навсегда лишиться магии?

Леди Ламея побледнела и закусила губу, но упрямо кивнула, подтверждая, что да, знает.

— Замечательно, а леди Марине об этом сказали?

— Это ни к чему, — жестко ответила леди Ламея.

Ректор только подивился тому, что с нее схлынула вся робость и неуверенность.

— Ей подобное не грозит. А излишняя мягкость и жалость может привести к отказу.

— Излишняя мягкость? — лорд Гекхар пристально вгляделся в дальнюю родственницу.