Черные сны

– Пожалуй, уже нет, – глядя куда-то в сторону, сознался тот.

– Напалм долго не протянет, – напомнила нам Вера.

– Не думаю, что в клинике нам окажут медицинскую помощь, – окинул я взглядом освещенные окна на последнем этаже особняка."

"– Если там будут лекарства и инструмент, я справлюсь сама, – уверенно заявила девушка.

– Да ну? – удивился я и подошел к лежавшему поверх постеленного прямо на снег брезента пироманту. Что-то он совсем сдал… Черт, что же делать? В клинику идти неохота – просто жуть. Но какой выход? Пытаться Напалма доволочь на руках до ближайшего целителя? Так он помрет еще до того, как мы с северной окраины выберемся. Придется идти. И кто знает – вдруг один нехороший человек по фамилии Ялтин мне все же там повстречается? Очень, очень на это надеюсь. – Сейчас смотаюсь на разведку, если что – уходите без меня.

– Я с тобой. – Ветрицкий, кинув на снег чехол с луком, забрал один из автоматов у рядового, контролировавшего проход между домами.

– Пошли, – не стал отказываться я от помощи и подошел к лейтенанту, который прислушивался к разгоравшейся где-то на юго-западе гетто перестрелке. – Вы нас ждете?

– Само собой, – кивнул усатый. – Судя по всему, из ДШК лупят. Значит, наши подошли.

– Нас-то они как миновали? – засомневался Николай. – Да и на Красном пока тишина.

– Скорее всего, с Северной промзоны через западные ворота людей перекинули, – предположил лейтенант. – Сестры, думаю, через свой сектор проход открыли.

– А может, это сами валькирии и пожаловали? – Ветрицкий сунул автоматный рожок в глубокий боковой карман теплой куртки и взвесил в руке предложенную солдатом гранату.

– Надеюсь, скоро узнаем, – пожал плечами служивый. – Ну вы идете?

– Идем. Коля, прикрывай, – взяв наизготовку пистолет-пулемет, я медленно выбрался из-за барака и побежал к покосившемуся крыльцу клиники.

Все бы ничего, но как-то очень уж гадко на душе. Будто весь в дерьме измазался, а когда – даже и не заметил. И чем ближе к валявшимся на снегу трупам, тем хреновее становится. Оно понятно, денек сегодня не из легких, но слишком уж притащившаяся рука об руку с депрессухой безнадега захлестывает. И такое впечатление – будто враз как-то темней стало. Даже проглядывающие меж облаков звезды толком не светят.

Нет, чего-то здесь не то. Может, оно, конечно, просто нервы расшатались, но все время на спине чей-то недобрый взгляд чудится. Тяжелый взгляд, липкий. Заинтересованный. Так прильнувший к витрине бродяга на мясную вырезку смотрит.

Ох, что-то меня не туда занесло. И мутить начинает. Не иначе как от запаха крови. А крови здесь действительно предостаточно – весь снег красный. Точнее, уже черный.