Черные Шипы (ЛП)

Моя шлюха.

Его грудь накрывает мою, когда он раздвигает мои ноги и входит в меня. Он делает это без какой-либо подготовки, и это так чертовски вкусно.

Ожог лишает меня дара речи, когда мое тело впитывает его целиком.

Я мокрая от небольшой погони, и я громко стону, когда он входит в меня с силой, толкающей меня через стол.

Я сгибаю пальцы над головой, но они едва двигаются из-за его яростной хватки на моих запястьях.

Он как зверь, сокрушающий меня, берущий меня, владеющий мной.

Исполняя каждое мое желание.

— Да, детка. Назови мое имя.

— Назови меня как семь лет назад.

Он двигает бедрами, ударяя глубже, когда давление внутри меня нарастает в сводящем с ума ритме, а затем наступает облегчение, а затем снова давление.

— Ты знаешь. Скажи это.

Он сгущается внутри меня, и его ритм выходит из-под контроля. — Скажи это еще раз.

— Трахни меня, малыш. Возьми меня.

— Как мне тебя взять?

— Грубо, жестко… Дай это мне, пожалуйста…

— Кто единственный, кто может трахнуть твою маленькую тугую пизду?

— Кто единственный, с кем ты общаешься?

— Кому, черт возьми, ты принадлежишь?

— Тебе, Себастьян! Тебе! — слова соответствуют его сводящему с ума ритму, и они такие раскрепощающие, такие освобождающие, что я жалею, что не сказала их раньше.

— А теперь расскажи мне, что ты тогда сказала, Наоми. Прямо перед тем, как ты вышла из камеры.

— Я люблю тебя! — я кричу, когда мой оргазм настигает меня, и влага, какой я никогда раньше не чувствовала, выливается из меня и пропитывает мои бедра. Но я не сосредотачиваюсь на смущении, когда кричу: — Я люблю тебя, Себастьян!

Себастьян трахает меня сильнее, заглядывая мне через плечо. — Слышал это, ублюдок?

Я откидываю голову назад, ловя взгляд не кого иного, как Акиры. Он стоит позади нас, наблюдая за шоу своим обычным проницательным взглядом. Его поза настолько неподвижна, что его можно принять за статую.

Меня охватывает унижение оттого, что на меня так смотрят, будь то он или кто-то другой.

Правда, моя нагота полностью прикрыта телом Себастьяна, но все же.

Однако он не останавливается. Он трахает меня грубее, быстрее, вырывая стон из глубины меня.

В этот момент никто другой не имеет значения. Ни Акира, ни кто-либо другой. Здесь только я и Себастьян.

Я стону его имя, наслаждаясь наслаждением, пока он не опустошается глубоко внутри меня. А потом я снова кончаю с его именем на кончике моего языка.

Господи. Я такая развратная.

У меня только что был секс с Себастьяном на глазах у моего мужа, но все, что я чувствую, — это потребность в большем.

Я смотрю в ониксовые глаза долбаного Акиры Мори.

Мужчина, который не только женился на моей Наоми, но и прожил с ней много лет.

Мужчина, который видел ее каждый день, разговаривал с ней каждый день, прикасался к ней каждый день, когда я даже не знал, где она.