Графиня Чёрного замка

— Я знаю Сайгона с самого детства. Когда мы были ещё детьми, наши места занимали наши отцы. Им тоже приходилось тесно сотрудничать, чтобы удерживать северную часть империи в безопасности, и мы часто виделись. Я даже по ошибке считал его своим братом, пока отец не объяснил мне, что у нас были разные матери, — хмыкнул мужчина, едва заметно улыбаясь.

Впервые я видела в этих чёрных глазах такие теплые светлые эмоции.

— Были? Куда они подевались? — непонимающе нахмурилась, уже механически поглаживая волоски на его затылке.

Рагнар со вздохом опустился на предплечья, устраиваясь надо мной удобнее. Мои соски сладко соприкоснулись с рельефной кожей его груди, но затопившее тело удовольствие перекрывало неуемное любопытство.

— Женщины в Ксавии редко проводят время с мальчишками, особенно, если те рождаются с такой опасной магией. Они предпочитают заниматься воспитанием девочек, — спокойно проговорил граф, не выглядя ни капли огорченным тем, что его мать просто бросила его ещё в глубоком детстве.

Это было в порядке вещей для него, что шокировало меня до глубины души.

Какие же они сучки! Девочек подавай… Чтобы они выросли таким же ледышками? Нескончаемый стерво-круговорот. Нужно было назвать этот мир «Стервия».

Замечая выражение моего лица, мужчина с любопытством приподнял бровь.

— В твоём мире всё совершенно иначе, верно?

Он замечал малейшие перемены во мне. Иногда эта проницательность всерьёз напрягала.

— Совершенно, — кивнула, вздыхая. — Мы уважаем мужчин, любим любых своих детей и никого не казним за непослушание. Но не будем вдаваться в подробности — тебя это поразит ещё больше, чем меня поразил ваш устав. Лучше спроси о чём-то… конкретном.

Рагнар кивнул, задумчиво хмурясь. Какое-то время он молчал, перебирая в голове интересующие его вопросы.

Меня позабавило то, с какой тщательностью он подбирал слова со мной. Будто на каждый день у него был свой лимит, за превышение которого лишали головы.

Как бы ни так…

— Расскажи о своей семье… Какой она была? — медленно проговорил граф, впившись в меня тяжелым изучающим взглядом.

Я глубоко вздохнула, морально настраиваясь. Пыталась придумать, как бы ненароком не пожаловаться. Не хотелось показывать себя ему с такой стороны. Моя гордость жалости не вынесет."

"— Глупой, — фыркнула я, маскируя досаду за легкой насмешкой. — Мои родители всегда жили напоказ, выражая свою заботу обо мне лишь на публике. Но, едва створки двери дома закрывались, меня снова никто не замечал. Наши отношения были довольно… холодными. Я выросла сама по себе. — Пожала плечами и, не в силах встретиться с этим умным внимательным взглядом, принялась показательно заинтересованно рассматривать маленькие тёмные волоски на его груди.