Дело черного мага. Том 1

 – Кажется, на двери весит табличка “Закрыто”.

– Я увидела свет и решила зайти.

Профессор поднялся с табурета и, дойдя до стойки, вновь налил себе из бутылки. Алкоголя в ней оставалось меньше четверти.

Видимо, профессор пил уже несколько часов.

– Если вы будете каждый раз заходить в закрытые места, где просто “горит свет”, то ничем хорошим это для вас не закончится.

– Но я ведь знала, что здесь есть вы.

– И? – Профессор вернулся за рояль и положил пальцы на клавиши. Удивительно, как они лаконично и уместно смотрелись на белых костяшках. Будто для них и предназначены.

– Где вы научились так играть? – спросила Мери.

Профессор замер, взгляд его помутнел ненадолго – так, как он мутнеет у человека, который мысленно возвращается в какие-то далекие воспоминания.

– То есть вы взломали этот бар, чтобы поговорить со мной о моем прошлом, студентка Глоумбуд? С прискорбием спешу заметить: с таким отношением к своему здоровью долго сохранять вы его не сможете.

– Вообще, я пришла задать вопрос.

– Как вижу – вы его уже задали. И даже получили ответ.

– Я хотела спросить о другом.

– Увы, – профессор отсалютовал бокалом, – в виде благотворительности во внеурочное время я раздаю лишь один бесплатный ответ… в год. Обратись после нового года. Но не обещаю, что не изменю к этому времени своей программы меценатской поддержки неокрепших умов студент…

– Вы всегда так много говорите, профессор, когда не хотите, чтобы кто-то понял, что у вас на самом деле на уме?

Думский какое-то время сверлил ее взглядом, после чего выдал:

– Вот не знаю, удивляться тому, что ты нашла в себе смелость меня перебить или просто дать тебе визитку одного моего знакомого могильщика. А то с таким нравом не уверен, что ты доживешь до выпуска.

– Вы сказали, что поможете нам с турниром за половину от призовых. Мы согласны. И я хотела бы узнать, когда мы можем начать тренировку.

Профессор уважительно хмыкнул и снова отсалютовал бокалом.

– Задала вопрос, его не задавая. Пациент, смотрю, скорее жив, чем мертв.

– Проклятье! Ну надо же было все так испортить. Снова вопрос!

– Так во сколько тренировка, профессор?

Вместо ответа Александр Думский поставил стакан обратно на пюпитр и продолжил играть. Слова, произнесенные Мери, возвращали его в прошлое.

Но, наверное, сегодня был такой вечер, когда все напоминало ему о времени, проведенном в школе “Фаллен”. Возможно, лучшем времени в его жизни…

Дверь открывалась тяжело и со скрипом. Массивная и помпезная, она блестела на солнечном свету потрескавшимся мебельным лаком, сломанным орнаментом и какими-то жирными пятнами.

Чуть погнутые, ржавые петли требовали довольно увесистого усилия, чтобы их открыть.