Невеста черного Медведя

Завизжав от неожиданности, я упёрлась руками в первые подвернувшиеся выпуклости и меня на тот момент не беспокоил тот факт, что это медвежий зад.

— Ещё возражения есть? — деловито поинтересовался Иоран.

Я ругнулась, теми словцами, которыми мой отец покрывал игроков команды соперников ""Спартака"" во время футбольных матчей.

Медведь оценил. Он даже, как-то споткнувшись, остановился на пару секунд.

— Половины я, конечно, не понял, но то, что разобрал, — задумчиво протянула он, — ну, знаешь…

Ха! У него не оказалось слов. Зато у меня их было в избытке.

— А ты ещё раз меня вот так выпусти из рук и я сделаю твой лексикон богаче ещё на пару фразочек, — пригрозила я, всё ещё болтаясь за его спиной в неудобной позе. Мои ноги послушно подтянули вперёд, и я смогла упереться руками о его плечо и выпрямить тело в вертикальное положение.

— Вот так-то лучше, — довольно пробубнена я, — а теперь на землю меня поставь. Я тебе не мешок с картошкой, чтобы меня на горбу переть.

Он меня не послушался: вот как шёл по дороге, так и продолжал.

— Иоран, поставь меня на ноги! — провизжала я, да так, что мои вопли разлетелись по всей округе. Никакой реакции. Вообще. Он натурально надо мной измывался, понимая, что я ему не соперник.

Вот мне сейчас мою дубинку, быстро бы проникся уважением.

— Иоран! — я теряла всякое терпение.

— А волшебное слово, — довольно протянул он.

— Пожалуйста, — кисло пропела я.

— Неверное слово, — медведь тряхнул меня так, что я снова повисла на могучем плече головой вниз.

— Да, что ты за нелюдь такой, — взвыла я, — у меня же голова закружится так болтаться.

— Волшебное слово, Лизонька, — повторил он.

— Пожалуйста, — сквозь зубы процедила я, — отпусти меня, мерзавец ты мохнатый. Весь день из-за тебя кувырком: то розгами грозишься, то на сторону девки своей встаёшь и видеть не желаешь, что она пакостит из вредности, а теперь и вовсе кверху попой подвесил, чтобы из меня весь вчерашний ужин высыпался. Зверь ты, воевода.

Но, увы, к совести призвать лесного не получилось. Как шёл, так и продолжал размашисто переставлять ноги.

— Иоран, — жалостливо заныла, уткнувшись носом в его спину, — не знаю я других волшебных слов.

— Волшебное слово ""Поцелую"" — тебе на будущее. Розгами грозить — это я, конечно, погорячился. Но сама должна была понять: я всю ночь по этому лесу, да по лагерям дезертиров носился, выглядывал, где там наше добро. Пришёл под утро голодный. В чугунках шаром покати: то, что нашёл, так на зуб один. Я медведь, а не заяц. Мне еда в нормальных объёмах нужна. Фава пришлось отправить на поиски. Он лось: животное обычное для этих мест и неприметное. Среди лестных не хищников очень мало, думаю, многие люди и не знают об их существовании, — голос Иорана становился строже.