Черное солнце

Но он относился к своим проигрышам равнодушно, с легким, ненавязчивым юмором, лишь только недоуменно пожимал плечами, мол, что поделаешь, не везет, не идет карта.

«А может быть, сгоняем в секу по маленькой, по рублику? – внезапно предложил Рыжий. – Когда я играю в эту игру, то вспоминаю детские хулиганские годы. Аж до слез пробирает. Ну, так как? Дело-то плевое, рублевое, а удовольствия масса!»

Тут мне все стало ясно. Я в молодости постоянно ездил в командировки, и мой жизненный опыт подсказал, что Рыжий со своим братом-племянником – вагонные шулера. Передвигаясь на всех видах транспорта по территории России, я несколько раз наблюдал подобные сцены и прекрасно знал, чем обычно кончается игра: сначала по маленькой, потом клиента втягивали в игру, разжигали в нем азарт и в конце концов обыгрывали подчистую, чуть ли не до исподнего.

Играть я отказался, сказал, что у меня разболелась голова и что мне необходимо прилечь. Впрочем, я, вероятно, мало интересовал шулеров. Ну что возьмешь с невзрачно одетого пассажира: потертые джинсики, свитерок не первой свежести… Объектом их вожделения являлся расфуфыренный «лох», сидящий напротив.

«А вы как?» – Рыжий посмотрел на Картавого. Пальцы у него подрагивали от нетерпения, но взгляд был чист и доверительно спокоен.

Картавый слегка задумался, глубоко вздохнул, с тихой тоской посмотрел на своего визави и, молча пожав плечами, согласился. Игра началась.

Я забрался на верхнюю полку, сделал вид, что сплю, но сквозь приопущенные ресницы с интересом наблюдал за разыгрываемым спектаклем, понимая, что финал однозначен и неминуем. Деньги на кону появлялись пока небольшие и постоянно переходили из рук в руки. Но это была прелюдия, разогрев клиента – я ждал кульминации.

Мне хорошо были видны карты Картавого. Он их не прижимал к груди, не складывал в стопку, а нарочито держал врастопырку на всеобщее обозрение. «Полнейший дилетант, – подумал я. – Не понимает, с кем связался».

Ему пришли два туза. Он удивленно вздернул брови и поднял ставки. Партнеры прошли несколько кругов и вскрылись.

«Очко!» – Рыжий изобразил на своем лице неописуемую радость.

«Два туза», – спокойно и немного вяло проговорил Картавый и сгреб со стола довольно-таки крупный выигрыш.

«Затягивают, – подумал я. – Сейчас начнут «обувать».

И оказался прав. Следующим сдавал Рыжий, и на руках у Картавого оказалось тридцать одно очко. Тот немного подумал и… сбросил карту. Я не поверил своим глазам. «Чего это он? – подумал я. – Разве такие очки сбрасывают! Не клюет на приманку, что ли? Странно и любопытно…»

На лице Рыжего также было написано недоумение и даже некоторая растерянность. Он передал колоду Картавому. Тот ее стасовал с нарочитой небрежностью, дал подснять и произвел сдачу.