Черное и черное

В которой не знаешь, где север или юг, и где находится земля знаешь только потому, что стоишь на ней. После которой остаются настолько изуродованные останки вместо трупов, что трудно узнать, кому принадлежали части этих тел, человеку или животному, иногда трудно найти хотя бы целые кости своих товарищей. Которая неизвестно откуда появляется сразу везде и неизвестно куда отовсюду в один момент исчезает. Из которой не выходит никто. Кроме убийц. Убийцы — это рыцари моего мира. Но, они не такие как вы. Они во много-много раз сильнее. Две пары убийц могут легко и за короткое время убить всех воинов, находящихся сейчас в этой крепости. У нас их были тысячи. И Существа убили их всех до одного. Я не уверена, что они преследуют меня, но другого объяснения их появлению здесь у меня нет.

Герард потрясенно молчал. Он перестал сомневаться в том, что она не имеет понятия о том, с чем им пришлось столкнуться. Но, он еще не верил в силу воинов Содружества.

— Поэтому ты повредилась в рассудке, — произнес он.

— А ты бы не повредился?

— Если все так, как ты говоришь, то возможно, у меня все еще впереди… — задумчиво произнес он, — я должен сообщить командирам о том, что ты только что сказала. Думаю, тебя могут пригласить на беседу. Не говори им, что эти существа пришли, преследуя тебя. Не все наши люди увлекаются просвещением. Тебя могут попытаться сжечь, чтобы избавиться от напасти."

"— Подожди, Герард, — возразила ему Эрта, — вы ведь не сейчас выступаете? Подожди Ульриха. Он скоро будет здесь. Он был в том черном тумане. И он выжил. Сейчас он, скорей всего, едет сюда. Поговори сначала с ним. И скажи мне все, что ты знаешь обо всем, что касается этого тумана. Пожалуйста.

— Откуда ты знаешь, что Ульрих был там?

— Я сама была там.

— Как?

— Просто была.

— В тумане?

— Не совсем.

— Рядом?

— Да, около того.

— И почему же ты здесь, а он нет?

— Он был ранен, и он был очень тяжел для меня в тот момент. И я должна была вернуться сюда. Но, с ним все в порядке. В относительном. И он скоро будет здесь.

— Если он ранен, то что с остальными?

Эрта опустила голову:

— Я не знаю, как это сказать тебе.

— Скажи как есть. Выдумки мне не нужны. Я хочу знать что с ними.

— Никого больше нет. Ральф, Норман, все, кто был с ним, все они погибли.

Герард, казалось, окаменел:

— А он? Почему тогда не погиб он? Я не верю, что он мог сбежать и оставить там всех остальных. Ты что-то недоговариваешь?

— Герард, оттуда невозможно сбежать. И даже, если бы было возможно, он бы не сбежал. Как ты можешь говорить такое! Он просто выжил.

— Я не сомневаюсь в нем, я просто пытаюсь понять, как он выжил. Это может пригодиться.

— Вот, когда он приедет, ты это у него и выяснишь.

Эрта замолчала.

Герард спросил ее:

— Ты можешь сказать еще что-то обо всем этом?

— Нет.