Черное и белое (СИ)

Я представляю ему остальных спутников, включая встречавшую нас светловолосую крупную девицу из Латвийского ЦК.

Валдис помогает нам зарегистрироваться, собственно, мне с Наташкой, поскольку мы ещё не зарегистрированы. С этим вечно возникают проблемы. А потом мы идём в кафешку. Не все, только я, Новицкая и Наташка. Остальные идут по номерам, а мои гвардейцы занимают боевые позиции.

Мы подходим к столику, за которым сидят Платоныч с Трыней и Маркусс Шмитц.

— Маркусс Янисович!

— Егор, Ира! Наконец-то. А я думаю, когда же вы приедете, дети мои ненаглядные.

Кхе-кхе. В игривом он сегодня настроении. Наташка едва заметно хмурится.

— А это что за прелестное дитя? — с очаровательным акцентом продолжает балагурить Маркусс.

— Это Наталья, моя невеста.

У него глаза распахиваются.

— Невеста? Вот это вы молодцы!!!

— А как Марта поживает? — спрашиваю я. — Мы её увидим?

— Как всегда на тренировке. Конечно увидите. Она уже сто раз про тебя спросила.

Наташка опять хмурится.

— Хочет с тобой по последнему заказу что-то обсудить, — добавляет Шмитц с улыбкой глядя на неё.

Мы ничего важного не обсуждаем. Просто сидим и болтаем. Пьём кофе. График встреч и консультаций уже составлен, так что можно просто расслабиться. Через некоторое время Маркусс с Валдисом прощаются и, договорившись об ужине, мы идём по номерам. Наш с Наташкой номер оказывается через стенку от Ирины. Блин… есть в этом что-то… не знаю, раздражающее, что ли… Как будто быстрые вспышки в летнем небе в ожидании грозы.

Я открываю дверь и пропускаю Наташку, сам захожу следом и заношу вещи. Мои гвардейцы размещаются в двух номерах — слева от моего и напротив через коридор. Справа Новицкая.

— Егор, — рассеянно произносит она, заглядывая в дверь. — Можешь зайти ко мне на минутку?

— Могу, конечно, — отвечаю я. — Когда, сейчас?

— Да, будь добр…

Хм…

— Я быстро, — киваю я Наташке. — Туда и обратно.

Выхожу и подхожу к Ирине. Она впускает меня в свой номер, заходит сама и захлопывает дверь.

— Послушай, — говорит она, не глядя на меня и массируя виски кончиками пальцев… — Я хочу тебе сказать одну вещь.

— По повестке? — уточняю я.

— Что? — поднимает она глаза. — А, нет… Нет, не по повестке… Совсем не по повестке…

11. Безделицы…

Взгляд скользит по фигуре Ирины и фиксируется в районе живота. Он как всегда плоский и, чего уж греха таить, привлекательный. Красивый животик. Он скрыт под белой блузкой, но я его помню. Если бы внутри него было что-то такое, о чём думаешь в первую очередь, когда слышишь «я должна тебе сказать одну вещь», то сейчас он был бы гораздо более круглым. Учитывая, когда у нас было в последний раз.

— Хорошая девочка, красивая, — хмуро говорит она. — Милая. Сексапильная. Любит тебя, как дворняжка.

— Ира…

— Да погоди. Успеешь сказать, если будет что.