Черная ведьма желает познакомиться

 – Я не просил замораживать!

– И еще двадцать пенсов за то, чтобы оно оттаяло, – спокойно предложила я.

– Перебьешься, – с раздражением фыркнул Картер (не могу поверить, что он обнаглел настолько, что позволял себе брюзжать на черную ведьму). – Не хочешь размораживать, так слижу!

Как малый ребенок, он засунул в стакан язык.

– Ты не можешь знать, не наложено ли на лед проклятье обморожения, – индифферентно заметила я.

Картер тут же отставил лимонад, но едва стакан оказался на столе, как мгновенно оттаял. Стоило приятелю прикоснуться кончиком пальца к стеклянной стенке, как напиток мгновенно стянулся в ледышку и даже треснул поверху.

– Ведьма! – обиженно фыркнул Картер.

– Мне нравится, как ты это произносишь, – растянула я губы в ленивой улыбке.

Между тем «страстный энтомолог», распаренный, встрепанный, но довольный, вынырнул из зарослей и, высоко поднимая колени, пришагал к шатру.

– Что вы делали в кустах, господин Слотер? – светским тоном поинтересовался жених.

– Мазал особым эликсиром цветочки, чтобы бабочки слетались. – С довольным видом он полез в карман штанов и вытащил пузырек, подозрительно напоминавший бутылочку из моей лавки. – Комарик, хватай сачок.

– Зачем? – напряглась я, глядя на длинный черенок с розовой сеткой на верхушке.

– Ловить бабочек. Ты же всегда мне помогала.

– Я? – с предупреждением в голосе уточнила я.

Темная Богиня дери Кросфильд с его полоумными гостями! Я была готова поднапрячься и сотворить любую бабочку: с пятнистыми крыльями под леопарда, полосатыми под зебру и даже в розовый горох, под цвет моего платья, одолженного у Эбигейл, лишь бы братец Барнс ловил крылатых уродцев без моего участия.

– А что, милая, сачок как раз под цвет твоего платья. Очень элегантно смотрится, – словно прочитал мои мысли Картер. – Ты просто обязана помочь своему брату выловить в кустах тигровую креветку.

– Бабочку, – поправил Барнс.

– Ну и бабочку.

Одарив насмешника лютым взглядом, я поднялась, оправила платье, врезавшееся под мышки, и выдрала из рук фальшивого брата сачок.

– Что ж, давай половим…

– Я с вами! – восторженно подскочила Эбигейл, и я даже на расстоянии различила, как измученные надсмотрщицей лакеи выдохнули от облегчения.

– У меня сачков завались! – обрадовался Барнс, бросаясь к чехлу, где, как мне думалось, лежали удочки. – На всех хватит! Даже на господина Картера.

– Я пас, – замахал он руками.

– Как же? – пожала я плечами. – Нам пора придумывать семейные традиции, мой Огурчик. Что может быть милее, чем махание сачком в жару?

– Складывание инквизиторского костра? – любезно предположил он.