Черная война

Вправо-влево, с приседом, кувырок назад, вбок.

– Понятно?

– Не все…

– Ну, с первого раза – и все понять, тут голова как у Карла Маркса нужна. Смотри еще раз. Попробуй повторить.

Маринка честно старалась, пыхтела, и кое-что у нее стало получаться.

– Ну вот, уже лучше. Теперь – смотри. Вот так движемся при стрельбе. Глазами смотри сразу двумя! Смотрим на цель. Твоя задача – попасть в нее.

– А мушка?

– Наплюй на нее и забудь. Для стрельбы метров на десять-пятнадцать она тебе вообще не нужна.

– Из пистолета?

– Хоть из пулемета.

– А как же мне целиться?

– Куда?

– В цель…

– Я чего-то не понял, Котенок. Ты что первым делом сотворить должна?

– В цель попасть.

– Правильно. Попасть. А целиться – зачем? Я ж не сказал тебе – прицелиться. Я сказал – попасть.

– Не понимаю я, дядя Саша.

– Для того чтобы попасть в цель на таком расстоянии, целиться ВООБЩЕ необязательно. Попадать и целиться – два процесса независимых. Можно целиться и не попадать, можно попадать и не целиться. Вот, смотри.

Я подобрал кусок деревяшки и воткнул его в снег на расстоянии метров десяти от нас. Отошел и повернулся спиной.

– Попасть в нее легко?

– Можно.

– На́ «наган», попади.

Хлопнул выстрел.

– Ну, как?

– Рядом.

– Давай сюда.

Поворот, приседание.

Негромко хлопнул «наган», и деревяшка наклонилась набок.

– Сколько времени у меня на все это ушло?

– Секунда, ну две, может быть.

– В чем вопрос, поняла?

– Вы не целитесь, сразу револьвер подняли, и выстрел.

– Правильно! Времени целиться в бою не будет. Нужно сразу попадать. Глазами цель видишь, и этого достаточно.

– Это я поняла.

– Из какого оружия стрелять – все равно. Будешь цель ВИДЕТЬ, из любого попадешь.

– Так я вроде и так вижу.

– Видеть, как ты смотришь, и ВИДЕТЬ ее как ЦЕЛЬ – две разные вещи. Это понимать надо, Котенок. Понимать и чувствовать.

– Я постараюсь, дядя Саша.

– Этим жить надо, Котенок. «Двойка» по жизни бывает первая, она же и последняя. Вышла в бой, чувства забудь.

Все эмоции – побоку. Сможешь?

– Смогу.

– Не ошибись, Котенок. Времени у нас мало, а я еще много с тобой сделать должен успеть. Как у радистки, у тебя шансов уцелеть в этой войне минимум. Ты из котенка тигром стать должна, тогда и выживешь.

– Как это так?

– Вернешься ты с задания, думаешь, тебя чему-то особенному учить станут?

– Отдохну и…

– И снова через фронт.

– Так война же."

"– Война, Котенок, головы не отменяет. Совсем наоборот. Так что пока ты САМА по себе не будешь представлять серьезной ценности, никто о тебе и думать не будет. Будешь ты – одна из многих. А я хочу, чтобы ты была одна из очень немногих.

– Зачем?

– А затем, что тогда и ценить тебя будут куда больше, чем ты сейчас стоишь. И отношение к тебе будет куда как более серьезное.