Чёрная сова

Ещё на ходу он пытался шёпотом объяснить, что громко говорить не может, но из восторженного Рыбина изливался лавовый поток слов, который следовало переждать, как стихию. Наконец, он угомонился, и Андрею удалось достучаться до Мишкиного сознания.

— А что с тобой? — опешил тот. — Простыл, что ли? Или говорить не можешь?

— Простыл, — соврал Терехов. — Не ори и слушай внимательно. Ты где?

— Как где? На рыбалке, на Оби! Залез на гору, тут связь есть."

"Несмотря на свою фамилию, рыбалку сначала он терпеть не мог, но постепенно пристрастился, ибо это была единственная возможность избавиться от присутствия жены на то время, пока он находился дома. В экспедициях Мишка удочки в руки брал редко, зато держал в квартире несколько баулов, мешков и коробок с принадлежностями, неистово демонстрируя их перед супругой. И даже выучил специальный лексикон, частенько вворачивая рыбацкие слова совсем не к месту.

— Надо срочно встретиться, — сообщил Терехов без всяких прелюдий. — Сегодня же. Ты далеко?

— В Белоярке! Я тут избёнку прикупил, тайно от Нинки. Приезжай, ставлю уху варить! Выпьем, песен попоём! Мог бы сразу позвонить, как с Алтая приехал! А ты явился — и молчок!

И опять излил замысловатую вязь восхищённых ругательств. Андрей стоически его выслушал и не сдержался.

— Ты тупой отморозок, Рыжий, — прошептал, насыщаясь его энергией радости. — Хрен ты моржовый, погляди в непринятых звонках! Я тебя сорок раз набирал!

— Не пойму, что ты шепчешь! — в ответ прокричал Рыбин. — А я что звоню-то? Во сне тебя видел! Будто ты женился! Ха-ха-ха! На страшной тётке!

На пятом десятке жизни у Мишки, кажется, начался сдвиг в области тонких предчувствий. Пока ещё на уровне сновидений. Терехову хотелось прокричать об этом. И ещё хотелось сейчас, немедля же, взять с собой Алефтину и повезти её в Белоярку, чтобы у Рыжего вылупились, наконец-то, раскосые татарские глаза. Но смог он только взволнованно прошептать на ходу, возвращаясь к клумбе:

— Жди, приеду.

На первом курсе топографического это был огненно-рыжий, веснушчатый и краснокожий сельский паренёк с восторженным взором романтика. Когда же они встретились спустя несколько лет после армии — Терехов уже носил курсантские погоны, — Рыбин стал сивым, жар красной бороды и чуб обильно присыпались пеплом. Сначала ранняя седина его красила, вызывая притяжение женских глаз и невероятную ревность жены, которая, повинуясь этому всеохватному чувству, работала сначала реечницей у него, а потом заочно закончила вуз, стала ездить с ним в экспедиции и в результате сделалась Мишкиным начальником. Но потом Рыбин стремительно начал угасать, словно костёр без дров.