Чёрная сова

— А почему у одних коней рога отрастают, а у других — нет? — насмешливо спросил Терехов. — Или это, как у мужиков, когда они в командировках?

Увлечённый Ёлкин юмора не понял.

— Отрастают у тех, кто проникает в параллельный мир, — серьёзно пояснил он. — Ваши кони побывали в другой реальности и вышли единорогами. Днём не видать — ночью светятся.

— Тогда у нас проблема! — посетовал Андрей. — Кони-то казённые, придётся сдавать. А если с рогами не примут?

Ёлкин наконец-то уловил шутливый тон, но ничуть не обиделся и как-то неромантично ухмыльнулся.

— Когда дух дна земли заездит вашего жеребчика, рог сам по себе отпадёт, — заявил он. — Это уже бывало. Мун-дусов найдёт ходячие кости, завёрнутые в шкуру, и отпилит или отломит его, а нахвастает, мол, камлал, шаманил и отнял у духов. Сам рог заберёт и своим продаст. У алтайцев они тоже ценятся, особенно у шаманов. Но цены совсем не те, что на китайском чёрном рынке. В основном подделка встречается.

И добавил весомости своим словам салютом из ракетницы. Когда красная звезда догорела, коротко хрипнула рация.

— Понял, товарищ капитан! — довольно сказал Ёлкин. — Отбой! Спокойной ночи!

Терехов даже растерялся.

— Разве к нам не заедет?

— Нет, он в двенадцатом квадрате. Это далеко.

— Всё-таки я не понял, зачем ракеты пулять?

— Чертей отпугивать! — засмеялся погранец. — Нечистую силу. Духов, леших, единорогов. Лучше с ними не связываться. Мешков попробовал бизнес наладить. Рог он добыл настоящий и продал перекупщикам, а те — в Саудовскую Аравию. В общем, духи Укока потом изловили и так его отделали! Жена едва выходила.

И примолк, спрятавшись за непривычной маской хитреца. В это время из синей лунной дали послышался стук, вроде бы копыт, причём дробный, будто табун бежит.

— Легки на помине, — шёпотом обронил Терехов. — Духи скачут!

Тёзка перекинул автомат на грудь и заглушил выдвижную электростанцию. Прожектор погас, в тишине все звуки стали явственней, но лунного света не хватало, чтобы рассмотреть какое-либо движение. Теперь отчётливо слышался топот копыт скачущего галопом одинокого коня, причём звук наплывал прямо по курсу, на кунг!

— Конь, — дрогнувшим голосом отозвался Ёлкин и зачем-то снял автомат с предохранителя.

— Стрелять не вздумай, — предупредил Терехов.

— Нет, это я так, — залепетал тёзка. — Сила привычки... Что делать будем? Вдруг выбежит?

— Ловить, — хмыкнул Андрей. — Если рогов нет.

Андрею показалось, что по серой каменистой пустыне уже мелькают короткие тени — луна поднялась высоко.

— А если есть? — спросил Ёлкин. — Стрелять в крестец?

— Я тебе выстрелю! — пригрозил Терехов. — Стрелок...

— Андрей Саныч, удача на такой охоте раз выпадает...

— На какой охоте?

— Единорожей! Другого случая не будет.