Чёрная пантера с бирюзовыми глазами

Все, замерев, растерянно смотрели на меня, но после третьего удара Гейб, словно очнувшись, перехватил меня за плечи, не позволяя удариться ещё раз.

– Что ты делаешь! Ты же поранишься.

– Заживёт, – сквозь зубы процедила я.

– Зачем ты это сделала? – ощупывая мой лоб недоумевал Гейб."

"– Чтобы проснуться! Потому что я, похоже, сплю, а во сне попала в параллельную вселенную, где люди в пятьдесят лет считаются детьми!

– Но Миранда, мы не люди, ты же знаешь. И ты тоже не человек.

– Но я была человеком! Большую часть жизни! И для меня пятьдесят лет – это уже старость!

– Вот спасибо, – пробормотала себе под нос Люси.

– Дорогая, тебе всего только сорок семь, ты совсем ещё молодая, – утешил её Филипп.

– Что значит «была человеком»? – переспросил Гейб.

– То и значит. До четырнадцати лет я была простой человеческой девочкой. А потом вдруг изменилась.

Сначала Вэнди, потом Томас, теперь Гейб со товарищи. Сколько ещё раз мне придётся пересказывать свою историю? Может, мне её написать, распечатать и выдавать всем любопытствующим. А их, мне кажется, будет немало, поскольку я, похоже, для них не меньшая диковина, чем для людей.

Вздохнув, я приступила к рассказу. Пришлось изложить всё довольно подробно, включая то, почему я не знаю, кто я такая на самом деле. Многое в моём рассказе вызывало у слушателей недоумение, и, как ни странно, больше всего их удивляло то, что я стала бессмертной – они именно так называли моё преображение, – до того, как стала взрослой, а после этого продолжила расти.

У оборотней всё было иначе. В принципе, их дети мало чем отличались от человеческих в плане смертности – они были так же уязвимы, разве что инфекционные болезни их не брали. Но всё же, отличия были, и весьма заметные. Пониженная температура тела, ночное зрение, ещё кое-что, по мелочи, а главное – взросление в три раза медленнее, чем бывает у обычных детей.

И только достигнув зрелости – мужчины примерно в девяносто, женщины около семидесяти пяти, – они перерождались, становясь практически такими же, как я сейчас. Сильными, быстрыми, практически неуязвимыми, регенерирующими. Бессмертными. И после этого они уже не менялись. Ах, да, и ещё они могли после обращение превращаться в огромных пантер – на то они и оборотни.

Я же, прожив детство обычным человеком, приобрела все качества бессмертных оборотней, будучи ещё подростком, и продолжив расти, хотя и медленнее. Очень странная комбинация. Столько общего, и при этом – такие различия.

И, конечно же, я ни в кого не превращалась.

– А ты в этом уверена? – задумчиво протянул Пирс. – Мы ведь не те оборотни из легенд, которые обращаются в полнолуние не зависимо от того, хотят они этого или нет. Мы полностью контролируем процесс и управляем им.