Черная моль

Разве я не говорил, что не такой уж дурак? Тот, неразряженный пистолет, будьте любезны! Положите его вон там, doucemen[19]. Очень хорошо…

Он перевел взгляд на карету. Кучер, притронувшись к шляпе, выкрикнул:

— Я готов, сэр!

— Чудесно. Будь так любезен, держи этих джентльменов на мушке. Но без моего приказа не стреляй. А теперь, месье герцог, могу ли я заручиться вашим обещанием, что вы быстро уберетесь туда, откуда пришли, оставив эту леди целой и невредимой? В том случае, разумеется, если я позволю вам подняться?

Трейси нетерпеливо дернул головой.

— У меня нет выбора.

— Это не ответ, месье. Могу ли я получить честное слово?

— Да, черт бы вас побрал!

— Это само собой разумеется, — вежливо согласился Джек. — Прошу вас, встаньте!

Уперев шпагу острием в землю, он наблюдал, как Трейси поднимается на ноги.

Какое-то время герцог стоял молча, не сводя глаз с Карстерса, лицо его приняло какое-то странное выражение.

— Мне кажется, я вас знаю, — тихо, почти ласково произнес он.

Тут французский акцент Джека стал еще отчетливей.

— Возможно. Я же имел несчастье узнать вас с первого взгляда.

Трейси, проигнорировав эту оскорбительную ремарку, продолжил нежным шелковым голосом:

— Одно могу обещать определенно: при первой же следующей встрече узнаю вас наверняка.

Не успели эти слова слететь с его уст, как Джек заметил в руке герцога пистолет, и молниеносно отскочил в сторону — как раз вовремя, чтобы избежать пули, которая непременно бы попала ему в голову. Тем не менее, она зацепила его в левое плечо.

— Не стрелять! — резко бросил он кучеру и поклонился его светлости. — Я ведь уже предупреждал, месье, не вынуждайте меня задерживать вас и далее, умоляю.

Зеленые глаза герцога злобно сверкнули, затем над ними снова опустились тяжелые веки и он ответил на поклон с преувеличенной почтительностью.

— Au revoir[20], месье, — улыбнулся он и наклонился, чтобы взять свою шпагу.

— А вот это, месье… совершенно не обязательно… — сказал Джек. — Брать шпагу… я имею в виду. Я хотел бы… сохранить ее в качестве сувенира… Да.

— Как угодно, месье, — небрежно бросил Трейси и направился к своей карете. Двое его помощников следовали за ним по пятам.

Милорд стоял, тяжело опираясь на шпагу и наблюдая за тем, как они уходят; и пока карета не скрылась из виду, старался не поддаваться слабости и дурноте, охватившим его. Тут он пошатнулся и наверняка упал бы, если бы его не подхватили две прохладные нежные руки.

Дрожащий, осипший от волнения голос произнес:

— Вы ранены? Ах, Боже мой, сэр, вы ранены!

Подавив огромным усилием воли намерение хлопнуться в обморок, Джек поднес руку девушки к губам.

— Ничего страшного, мадемуазель… Счастлив был помочь… — удалось выдавить ему.