Черная моль

Похоже, сэр Энтони был в «Чекерс» джентльменом уважаемым."

"Однако же маленький человечек ничуть не радовался этому обстоятельству, а принялся нервно расхаживать по комнате, глубоко втянув голову в плечи и сложив руки за спиной. Он приехал отыскать впавшего в немилость графского сына и страшился того, что ему предстоит увидеть.

Шесть лет тому назад лорд Джон Карстерс, старший сын графа Уинчема, отправился со своим братом, достопочтенным Ричардом, играть в карты и вернулся домой человеком опозоренным.

То, что Джон Карстерс мог мошенничать, было абсолютно невероятно и столь чудовищно, что сперва все отказывались верить в эту новость, распространившуюся с быстротой молнии. Но он подтвердил эти слухи лично, причем самым вызывающим голосом, а затем покинул родительский дом и отправился сперва во Францию, затем — в какие-то другие заморские страны. Брат его Ричард остался; судя по слухам, для того, чтобы жениться на девушке, в которую они оба были влюблены. С тех пор никто не слышал о лорде Джоне — впавший в ярость граф запретил даже упоминать его имя в Уинчеме под угрозой лишить наследства. Ричард обвенчался с прелестной леди Лавинией и привез ее в родительский дом, — лишенный магнетического присутствия лорда Джона тот выглядел странно опустевшим. Надо сказать, что сам новобрачный пребывал далеко не в радушном настроении после медового месяца и распространял вокруг себя атмосферу уныния, таким несчастным и подавленным он выглядел.

Неспешно миновало вот уже шесть лет, но никаких сведений о лорде Джоне не поступало, как вдруг, месяца два тому назад на дороге из Лондона в Уинчем карету Ричарда остановил разбойник, оказавшийся некем иным, как обесчещенным графом.

Можете вообразить, какие чувства испытал при этом Ричард, самого же лорда Джона изрядно позабавило это происшествие. Настолько позабавило, что он, узнав брата, разразился громким хохотом, от которого затем у Ричарда еще долго кусок вставал поперек горла, а сердце заныло с новой силой.

Едва ли не насильно Джону удалось всучить брату адрес гостиницы, куда в случае надобности тот мог обратиться и спросить «Энтони Ферндейла». Затем самым сердечным образом пожав Ричарду руку, он ускакал куда-то в темноту…

Адвокат перестал расхаживать по комнате и прислушался. По деревянным половицам коридора простучали чьи-то высокие каблуки, этот звук сопровождался легким шорохом шелка.

Маленький человечек нервно подергал свой галстук. А что если… что если любезный лорд Джон уже не был более любезным лордом? Что если… нет, он не осмеливался даже думать об этом. Выдернул из кармана пергаментный сверток и стоял, перебирая его пальцами.

Чья-то твердая рука легла на дверную ручку и резко повернула ее.